Обновление

"Доктор, – подумал Штирлиц". Их шаги глухой болью отдавались в моей голове. Лена улыбнулась и подбежала ко мне.

– О, ты уже очнулся! Я так рада!

– Привет, а я вот как-то не очень этому рад, все тело болит. Может хоть ты мне расскажешь, что там произошло? По мне проехался каток, да?

Попытался встать с кровати, но доктор остановил:

– Нет-нет, молодой человек, не вставайте, у вас сотрясение.

– Ух, я уже сообразил, вы так громко говорите!

– Ну это нормально, пару дней побудете у нас, и отправитесь домой как огурчик.

– А "у нас" это где? Я еще не понял, где нахожусь.

– Вы в городской больнице, молодой человек. А сейчас позвольте откланяться, не стану вам мешать. Увидимся уже утром на обходе, – и, развернувшись на каблуках, вышел в коридор.

– Макс, познакомься, это мой папа Андрей. Когда тебя избили я позвонила ему и мы привезли тебя в больницу, – защебетала Лена.

Я, сделав вежливую улыбку, повернул голову в сторону ее отца… и знатно удивился… Над его головой висела надпись, никогда не видимая ранее.

Олаф (Жрец 217 ур.)

Высокий спортивный мужчина, весом килограмм под сто двадцать. Короткие русые волосы, постриженные на армейский манер, кожаная куртка-косуха, высокие ботинки с плотной шнуровкой. Не человек – викинг. Не зря у него такой ник. Но японский магнитофон! Блин, блин, блин! ДВЕСТИ СЕМНАДЦАТЫЙ УРОВЕНЬ! Да это же гребаный монстр! Я, по сравнению с ним, даже не щенок – молекула.

Отец Лены понял из-за чего я впал ступор. Моргнул. И вдруг надпись сменилась на ЭТО:

??? (??? ур.)

Ну тут у меня совсем челюсть упала. На всякий случай решил придержать ее руками, и охнул от боли, коснувшись лица. По чуть насмешливому взгляду и ехидной улыбки понял, что он это специально провернул. Посмотреть мою реакцию, ага.

– Здравствуйте. Я Макс, приятно с вами познакомиться, – выдавил из себя спустя, наверное, целую вечность.

– Привет, герой. Мне Аленка рассказала, что ты ее от приставаний защитил. Так что, спасибо тебе, парень. Я у тебя в долгу, если нужна будет какая помощь – не стесняйся и звони, – сказал и подмигнул. По-моему, это какая-то пафосная речь была, но мандраж перед ним прекратился. Уж слишком добрый у него голос. Не зная, что на это ответить, просто кивнул.

– Да, кстати, твой телефон. Он, кажется, разбился.