Время Странника. Хроника Гирода

Хоть у него и был черный волос, но кожа его была светлой, а глаза цвета играющей в океане молнии. В них словно протекала, в прямом смысле слова, живая сила.

– Азиз, значит, – поинтересовался Ловкач. – Он полный остолоп?

– Это да, – сказал надзиратель, улыбаясь сообразительности простого раба. – Но зачем ему голова, раз у него есть сила.

– Он… – Кайс запнулся, пытаясь вспомнить слово на языке пустынь. – Самовлюбленный?

– Красив и горделив, – согласился с ним мизшет. – Тебе какое дело? Я поставил на него серьезные деньги.

– Поставил бы на меня, – с иронией в голосе ответил Кайс, – тогда бы не прогадал.

– Мальчишка, ты слишком самоуверенный. Думаешь, если прожил два года в Мизрахе, выучил язык, наши обычаи, то стал все знать? Ты уверовал в себя после побега? Только почему ты тогда здесь, а не на воле?

– Нет, – проговорил Ловкач себе под нос. – Я просто желаю перебить всех вас – животных, убивших мою мать, лишивших меня дома…

– Э-э-э, – надзиратель пнул его в ногу, чтобы тот замолк.

Решетка открылась, и его вывели словно скотину, ведущую на пастбище. Коридор был узкий, сбежать было сложно, проще сказать – невозможно. Надзиратель шел позади, бормоча, что из мальчишки сейчас сделают фарш, и никто скучать по нему не будет, а он получит хороший процент от выигрыша.

Солнце ослепило его. Давно он не видел такого греющего и теплого солнца, лишь темноту, к которой он привык, в которой он жил и ненавидел своих врагов.

Темнота – его подруга. Его спасение.

Ловкость – его дар. Его орудие.

Крепкий оруженосец обратился к Кайсу:

– Выбирай оружие, раб.

Он выбрал. Но выбрал не то, чем он хорошо владел. Сыну мастера двуручного меча необходим длинный меч, но вариантов не было. Кайс взял оружие, с которым у него есть шансы выиграть поединок – кинжал средней длины, прочный и легкий. В последние годы он практиковался только с тупым ножом.

В центре Арены его ждал Азиз. Высокий, красивый, с накаченным телом как гора, восточный мужчина при виде жилистого парня, в одних шароварах, рассмеялся на месте.

Дурак, что еще тут скажешь. Недооценивает врага, у которого отняли все. Да и к тому же парень – имперец, кровный враг мизшета.

В руке Азиз держал окровавленный кривой меч. Кайс же обладал ловкостью и проворством кошки.

Народ ждал зрелища. В царском ложе были какие-то люди. Возможно, имперцы.