Мгновенно исчезнувший

Тео бегло огляделся вокруг себя, обнаруживая, что не только этот магазинчик, но и все прочие, находящиеся поблизости, выглядели так, словно их забросили пару десятилетий назад. Боль пульсирующими волнами поднималась по телу мужчины. Особо отчетливо она ощущалась в конечностях и голове, и все, окружавшее Тео, будто бы начало двигаться невыносимо медленно, теряя четкость очертаний. Мужчина с шумом выдохнул, пытаясь взять себя в руки, – меньше всего ему хотелось свалиться с новым приступом прямо посреди улицы.

В глазах Нормана крошечными искрами вспыхнула паника. Мгновение, и та сменилась решительностью – Тео почудилось, будто губы ученого шевелятся слишком медленно.

– Осторожно! – голос парня резко внедрился в сознание татуированного, в то время как сам Норман ухватил Тео за плечи, рывком отрывая его от стены. Мужчина жадно хлебнул теплый воздух ртом, мгновенно приходя в себя, после чего поспешил обернуться, пытаясь понять, от чего его спасал спутник. И тут же к горлу Тео подступил новый комок тошноты.

На этот раз скорее от непроизвольного страха.

– Боже мой…

Темные витрины магазинчика, пустовавшие еще мгновение назад, теперь были заполнены плотно стоящими бок о бок фигурами одинакового роста и комплекции. Тео отступил на несколько шагов. Замер на самом краю пешеходной дорожки, в то время как его близорукие глаза лихорадочно бегали, вглядываясь в жутковатых гостей. Косые блики, оставленные лучами солнца на пыльном стекле, отделявшем парочку от пришельцев, слепили мужчину, мешая ему подробно разглядеть последних.

Тем не менее, Тео хватило и секунды, чтобы сообразить, что они не были людьми. Фигуры, чья гладкая кожа молочного цвета белела в сумраке помещения, не двигались с места, их пронзительно алые губы растянулись в улыбках, нарисованных на лицах, и черные, как угольки, глаза, внимательно следили за каждым движением мужчины.

– Манекены?.. – на выдохе пробормотал Тео, и его брови удивленно поползли вверх. Юный ученый утвердительно кивнул, видимо, сделав вывод, что опасность миновала.

Манекены не шевелились. Их неестественно приветливые физиономии не меняли своего выражения, и татуированному подумалось, что с первого взгляда их с легкостью можно принять за неодушевленные болванки, тут и там красующиеся на витринах Основного Кловелла. Между собой куклы различались только одеждой: та успела порядком потрепаться от времени. Местами на разноцветной ткани сияли потертости и неаккуратные дырки.