Великий дух и беглецы

На чем будем садиться, не представляю…

– А что за планета?

– Если я не ошибаюсь, планета хорошая, нормальная, земного типа. Наша беда, что ее открыли недавно и на ней нет ни станции, ни базы. Хотя должен быть маяк.

– Вы уверены?

– Я могу предполагать, что это система 16-АПР8. Погляди по справочнику.

Под этим индексом значилась система желтой звезды с одной планетой и двумя астероидными поясами. Планета была земного типа. Ей присвоили название Форпост. После ее краткого описания шло примечание: «Закрыта для исследований».

И все. Это могло значить что угодно – от наличия там разумной жизни до болезнетворных бактерий, опасных для человека. За справкой шла сноска на последний том общего атласа, который на «Компасе» не успели получить.

– Через три часа начинаю эволюцию, – сказал капитан. – Механик мне нужен. Ты – нет.

– Но мы не успеем разбудить штурмана и второго механика. На это потребуется часов восемь. Почему вы не сказали раньше?

– Мы обойдемся вдвоем.

Капитан уже четверо суток не спал, и инъекции переставали оказывать действие.

– Дай мне еще шарик.

– Опасно.

– Потом вылечишь, если что. Сейчас мне нужна ясная голова.

Павлыш был готов к этой просьбе. Шарики находились в кармане. Он прижал один из них к кисти капитана, лежавшей на пульте. Содержимое всосалось под кожу.

– Я принял решение раньше, но не стал тебя ставить в известность, потому что возражения лишь отняли бы время на дискуссии. А сейчас нам некогда дискутировать.

– Но все-таки?

– Все-таки заключается в том, что посадка будет трудной.

Голос капитана звучал равнодушно и холодно. Уже много дней капитан говорил так: он не мог побороть в себе глубокого и безнадежного отчаяния. Он не был виноват, но его корабль разбит. Право судить себя капитан оставил за собой.

– Чем больше людей мы сейчас поднимем, тем больше людей мы подвергнем опасности. Анабиозные камеры – самое защищенное место корабля. Анабиозные ванны – самое защищенное место в камере.

– Я могу быть штурманом. Вы знаете, что я подготовлен к этому.

– Не нужен мне сейчас штурман! Зачем мне штурман? Чтобы бросить, как ты выразился, жестяную банку на пустую планету?

– Да.

– Слушай меня, Павлыш. Ты судовой врач. Ты отвечаешь, в пределах своих возможностей, за здоровье и жизнь команды. Поэтому при посадке твое место будет вместе с экипажем. В анабиозном отсеке.