Вид на битву с высоты

Человек отвернулся от меня и пошел вдоль стеллажей, читая названия книг.

– Много лишнего, – вынес он приговор. – Всего не перечитать. А если и перечитать, то ничего не получишь взамен. Чтение непроизводительно. Скоро вы это сами поймете.

Мне не хотелось ничего понимать. Я устал, и меня клонило в сон. Может же человек хотеть спать после трудового дня?

– Итак, – сказал гость, как бы пародируя доктора, – вы не раз задавали себе вопрос: почему я не такой, как другие? С раннего детства вы привыкли таиться, обманывать, лукавить, потому что нет большей опасности погибнуть в детской стае, чем показаться иным, умнее других, смелее других.

Ты несешь друзьям свой талант, а друзья в отвращении отворачиваются или кидают в тебя каменьями.

– Я такой, как все! – поспешил я с ответом, чем вызвал печальную ухмылку на никаком лице гостя.

– Я полагаю, что еще в младших классах ты учился лучше, чем остальные, и тебе не составляло усилий быть лучшим… – Незаметно для меня он перешел на «ты». Бог с ним – он явно старше.

 – Когда я разыскивал тебя, Гарик, – продолжал гость, – то познакомился не только с характеристиками на тебя и анонимными письмами. Я убедился, что с годами ты все лучше умел притворяться, казаться тупее, чем был на самом деле.

– Чепуха!

– А кто сломал модель самолета, которая могла летать быстрее настоящего самолета?

– Это Петька Лукин на него нечаянно наступил!

– Ты толкнул Петьку Лукина. Он, кстати, в этом уверен.

– Вы и с ним говорили?

– И не только с ним.

– Вы знаете обо мне…

– Больше, чем ты сам.

И знаю, как тяжко молодому человеку, мальчику заставлять себя таиться, пригибаться от славы, зная, что за вспышкой славы последует тень презрения, зависти, ненависти…

– А второй приз на районной математической олимпиаде? – спросил я, будто был не согласен с гостем.

– Второй! А почему не первый на городской олимпиаде? А специальную стипендию на физическом факультете университета ты не смог бы получить?

Я пожал плечами. К чему этот напор и натиск?

– И дернуло же тебя идти на исторический!

Я понял, что он говорит, не раскрывая рта.

А я слышу его. Неужели он телепат?

– Не отвлекайся! – потребовал гость. – Ответь мне честно: зачем ты пошел на исторический – в эту тупиковую псевдонауку?

– Потому что я люблю историю. Потому что я родился археологом. Потому что вернуть к жизни прошлое – значит дать новую жизнь людям, которые надеялись на бессмертие и оказались забыты. Это мои счеты с вечностью.