Принцы в башне

Лиззи рассматривала платье за платьем, отвергала их, а Алиса отошла в сторонку и делала вид, что это ее не касается – ведь у нее ничего, кроме мальчиковой одежды, не было. И даже непонятно, как ей в таком виде идти на обед.

– Ты чего стоишь? – спросила Лиззи. – Могла бы сама себе платье выбрать. Мы же с тобой почти одного роста. Правда, я на два пальца повыше.

Конечно, Лиззи была не повыше, а может быть, даже чуть пониже Алисы, но разве будешь спорить с настоящей принцессой, да еще если она разрешает тебе надеть ее платье?

Правда, все оказалось не так просто.

Как только Алиса выбрала себе длинное, до самого пола, голубое платье с белым поясом и другая фрейлина принесла ей туфли с длинными, чуть загнутыми спереди носками, а третья – головной убор, похожий на высокий колпак, в котором на сцену выходят фокусники, принцесса Лиззи вдруг замерла, оглядывая подругу с ног до головы, а потом произнесла:

– Снимай платье.

– Почему?

– Потому что это мое платье и я решила его надеть.

– Мне тоже, – сказала Алиса.

– Ты что себе позволяешь! – Лиззи была вне себя от ярости. – Надевает мои вещи и еще спорит с принцессой! Я сейчас позову стражу, и тебя кинут в подземелье!

– Ну что ж, – пожала плечами Алиса, – может, там мы с тобой встретимся.

– Что ты хочешь сказать?

– Ты уверена, что, когда Ричард убьет твоего отца, он не возьмется за остальное семейство?

– Меня он не тронет! – вспыхнула Лиззи. – Он в меня влюблен.

– И это тебе нравится?

– Еще чего не хватало! У него пальцы потные!

Они не заметили, как в комнату вошла королева.

– Тише! – сказала королева спокойным голосом. – Мне стыдно за тебя, Лиззи. Хотя на твоем месте, Алиса, я бы не стала спорить с особой королевской крови. Но главное, вы не смеете спорить и ссориться в тот момент, когда решается судьба всего королевства.

– Но мне это платье самой нравится, – заныла Лиззи.

– Ах, – отмахнулась королева, – не надо обманывать собственную мать.

– Он мне сам сказал.

– А ты?

– Я засмеялась. Что еще может сделать принцесса?

– И ты не подала ему никаких надежд?

– Что я, глупая, что ли?

– Очень глупая, – строго сказала королева.