Третья сила

Пантор помялся. Напарник был прав, но сворачивать по этому поводу шеи…

– Но это убийство. Он же теперь мертв, – пробормотал он в качестве последнего аргумента.

– И чо? – искренне не понял Орландо. – Я тоже мертвый, причем давно.

Юный маг не нашелся с ответом. Мертвяк подхватил за ноги бездыханное тело и поволок за угол, туда, где громоздились какие-то ящики и торчал огромный мусорный бак. Вернулся довольный.

– Идем?

Пантор кивнул:

– Только без трупов.

– И без магии, – отозвался Орландо.

– По обстоятельствам.

– По обстоятельствам, – согласился мертвяк и, стараясь держаться в тени, зашагал вдоль замызганных стен первой линии домов.

Пантор заспешил следом.

Спорить теперь было не о чем и незачем. Главное – до ночи пробраться к окраине города и в темноте выскочить за его пределы. План выходил весьма абстрактным, но лучшего у Пантора и Орландо не имелось.

Ту часть побега, что касалась знакомой портовой местности, пара беглецов продумала до мелочей, и реализовать ее вышло без сучка и задоринки.

Дальше все выглядело весьма туманно. Города за пределами порта не знал никто из портовых чернорабочих.

Лупа-нопа – порт, принимавший ссыльных с Большой Земли, – по прикидкам Пантора, выходил довольно крупным городом. Вот только проверить свои прикидки он не мог. Город был живым организмом. Он позволял жителям определенную свободу, но при этом задавал жесткую иерархию.

Все сосланные сюда опальные маги и нелюди, большая часть которых была создана нарушившими закон некромантами, прямо с корабля попадали в закрытую зону.

Ссыльных регистрировали и отправляли на принудительные работы.

Каторжникам доставался самый тяжелый, самый грязный труд. Это Пантор успел оценить на собственной шкуре. Работали с утра до ночи. Спали мало, питались скудно. Многие живые не выдерживали такого режима, умирали от истощения. Впрочем, с ними не церемонились.

Через несколько месяцев, когда каторжан становилось на порядок меньше, с Большой Земли приходил корабль с новой партией ссыльных преступников. Тогда старожилам давали некое подобие свободы.

Теперь они могли работать хоть и под присмотром, но в открытой части города. Формально в свободное время они имели право свободно передвигаться по всему Лупа-нопа. На практике город ограничивался для них бедными кварталами возле порта.