Калинов мост

Никакого пессимизма в этом не было, просто Олег реально оценивал свои силы.

Впрочем, толпы жаждущей отмщения тоже не было. Олег зябко повел плечами, вечер был не таким уж и жарким, и довольно быстро потопал в сторону дома. Самый неуютный для ночных прогулок кусок пути между длинной девятиэтажкой и забором детского сада, тоже показался пустым. Фонарей здесь почти не было, дай бог один горел с переменным успехом, но народу по счастью оказалось и того меньше.

– Эй, – нагнал негромкий голос, когда Олег дошел где-то до середины забора.

Неудобное место, пришла мысль. Деваться некуда. Только вперед. А впереди могут поджидать. Эх, надо было кругом обходить. Парень неторопливо повернулся. Сзади шагах в двадцати стоял невысокий сухощавый мужичок в защитных штанах и такой же рубашке. На ногах мужика красовались тяжелые армейские ботинки.

– Вы мне? – поинтересовался Олег.

– Ага, – кивнул мужичок. – Плохо ногами работаешь.

– В смысле? – не понял Олег.

– В смысле голенью.

Мужичок подошел совсем близко, остановился в нескольких шагах.

– Не понимаю, – честно признался парень.

– А чего тут непонятного. Видел я, как вы с приятелем ногами махали.

– И не вступились? – усмехнулся Олег, чувствуя подвох.

– Не-а. Мне интересно было поглядеть, чего ты можешь. Ногами работаешь плохо. Объяснить? Вот ударь меня.

Мужичек пошел в сторону, сохраняя расстояние между ними, но заходя к Олегу сбоку.

– С чего это? – Олег отступил на шаг, поворачиваясь в направлении мужика, чувствуя, что теряет из поля зрения конец забора, где могла быть «группа поддержки».

– Ну хотя бы потому, что это я их на тебя натравил, – усмехнулся мужичок.

– Врете, – покачал головой Олег.

– С чего мне врать? – мужичок остановился и задорно поглядел на парня. – Они сидели базарили, я подошел и рассказал им, как у них девку увели из-под носа. Ты бы видел как один из них раздухарился.

Мужичок стоял и нагло улыбался. Олег чувствовал, знал, был уверен на сто пятьдесят процентов, что его провоцируют, но ничего не смог с собой поделать. Это нарочитое «девка» оглушительно ударило по ушам. А от похабных намеков к голове прилила кровь, в глазах потемнело. Мир сузился до одной цели, и целью этой была нагло улыбающаяся физиономия.