Наследник

Андрей вышел на набережную и быстро пошел по ней, крутя головой, потому что надеялся, что две девушки ушли не так далеко и можно будет их отыскать.

Но тут пришлось остановиться, потому что по набережной навстречу ехала знакомая пролетка. На козлах в образе шоффэра сидел Ахмет, а на сиденье – прелестная и явно знатная девица с молодым человеком с незначительным, но аристократическим лицом. Знатность девицы определялась не только скромностью ее туалета, но и тем, что единственным украшением на ней была чрезвычайно длинная, до пояса, нить жемчужных бус.

– Эй! – окликнул Андрея Ахмет. – Коля там тебя заждался!

Почему-то молодому аристократу не понравилось, что Ахмет разговаривает с прохожим, и он постучал по облучку тросточкой, которую держал на коленях.

– Простите, Ваше Высочество! – сказал Ахмет громче, чем требовалось.

Он легонько стегнул Тигра, и пролетка покатила дальше.

Когда Андрей наконец дошел до «Мариано», Коля уже ждал его там. Вместе со своими знакомыми.

К крайнему удивлению Андрея, ими оказались рождественская девушка, шляпку которой он чуть не погубил, и ее кареглазая приятельница.

При виде Андрея, нерешительно остановившегося в двух шагах, кареглазая девушка вдруг засмеялась, а Коля, не знавший причины смеха, сказал церемонно:

– Разрешите представить: мой друг – Андрей Берестов.

– Мы знакомы, – сказала кареглазая девушка. – Ваш друг совершил на нас нападение.

– Маргарита, не надо, – сказала рождественская девушка. – Андрей не виноват.

Она протянула Андрею руку. Рука была узкой, сухой, с длинными прохладными пальцами.

– Лидия Иваницкая.

– Что за тайны! – воскликнул Коля. – Неужели наш Андрей вел себя недостойно?

– Я у сельтерского киоска… – сказал Андрей. – Толкнул нечаянно.

– Судьба направляет наши действия, – сказал Коля с явным облегчением. Он любил во всем ясность. Киоск и нечаянное столкновение были объяснимы и понятны.

– Маргарита, – протянула Андрею руку вторая девушка.

– Раз уж мы познакомились, – сказал Коля, – предлагаю для начала мороженое.

«Воды Лагидзе» – большой открытый павильон – располагались чуть отступив от набережной, за старым, могучим платаном. Они сели за столик у белых перил, совсем рядом журчала речка, за ней были видны окна гостиницы «Ореанда», а напротив – ряд татарских домиков, выстроившийся вдоль пляжа.

– Что будем заказывать? – спросил Коля.