Мама

Повод натянутый, но проститутка тоже женщина и имеет те же мечты, что и любая другая баба. Так что, в принципе, вариант жизнеспособный. Либо есть какая-то веская причина, которая не видна, если не копнуть глубже. В любом случае по всему выходит, что Элка должна вернуться за беспредельщиком.

Анри тихо хихикнул, рожа сутенера светилась, как лампочка в сто ватт.

– Чего смешного? – вылупился невозмутимый Борик.

– Поехали.

– Куда? Домой?

– Нет, просто обратно.

Борик вылез из джипа, сел за баранку второго в крайнем удивлении.

16

Темнота начала оживать. Проявились звуки, вернулась боль. Вячеслав лежал на мягком. На пыльную дорогу это походило мало, потому он не стал торопиться открывать глаза.

– Смотрите-ка, он прочухался.

– Ты уверен, Борик?

Второй голос показался знакомым. Еще секунд десять ушло на осознание. Анри!

– Не открывай глаза, дядька, – голос у сутенера был довольный.

«Интересно, где я?» – мелькнуло в голове. По ощущениям либо диван, либо заднее сиденье машины.

– Не ломай голову. Все равно не догадаешься, – теперь в голосе Анри слышалась насмешка.

Вячеслав открыл глаза. Он лежал на узеньком диване. Согнутые в коленях ноги упирались в поручень. Анри сидел в ногах на краешке дивана и мягко улыбался. Вид сутенер имел скорее как у заправской сиделки. Отнюдь не вид человека, который прострелил ему руку.

– Хочешь попить?

Анри протянул Славе стакан воды, но тот лишь вяло махнул рукой.

– Забавно, – усмехнулся сутенер. – Я никогда ничего никому не предлагаю дважды. Тебе за сегодня я второй раз предлагаю водички попить, а ты второй раз отказываешься. Третий раз предлагать не стану, – Анри наклонился и поставил стакан на пол. – Сам возьмешь, когда приспичит.

Дверь мерзко скрипнула, в комнате появилась простецкого вида девушка.

– Проснулся, мой хороший, – по-хозяйски залопотала она.

Анри поморщился:

– Борик, убери ее на фиг.

Бритоголовый молча развернулся и оттеснил девушку к двери, затем и сам скрылся, снова мерзко скрипнув несмазанной петлей.

– Она подобрала тебя на дороге, – пояснил сутенер, проследив за упершимся в дверь взглядом Славы. – Ребята тебя хорошо отметелили, да рука прострелена, да крови потерял, да по такой жаре… Не мудрено, что ты отключился, дядька.