ЛИсА-6

– Спасибо за добрые слова, – произнесла Маша другим голосом, – но думаю, что я не самая лучшая внучка. В любом случае, ничья жизнь по умолчанию не ценнее другой. А символ… а символ останется в любом случае. Иди.

«Ура! – возликовал Джек. – Иду!»

Но почему-то идти не хотелось. Незаметно для самого профстрадальца весы в его голове склонились на сторону «остаться».

– Знаешь что? – небрежно сказал Джек. – Я, конечно, могу поиграть с тобой в игру «Кто из нас больше виноват», но не думаю, что у нас есть на это время.

Ограничусь тем, что я бандит и мошенник. А ты вполне себе нормальная внучка. Лучше, чем многие. Я, например. Так что вали отсюда!

Снова пауза. Много их тут развелось.

– Хорошо, – с заметным облегчением ответила Маша.

Она подошла к груде досок и начала осторожно карабкаться по ней. Но на середине она остановилась:

– Джек, а довольно любопытно всё получилось. Даже странно как-то. Когда я приехала в город, тут у вас цирк был, а не жизнь. Подумать только, профессиональный страдалец, – она усмехнулась, – и тринадцать человек тебя лечат! А сейчас – другое дело.

Правда?

– Да, – согласился Джек. Он раньше не думал об этом.

Маша продолжила карабкаться и остановилась уже у самой щели:

– Джек, спасибо, – сказала она «третьим» тоном и исчезла в щели.

.

Эпилог. Можно не читать, если хотите, чтобы история закончилась выше

Джек, преодолевая лёгкую слабость, выбрался из трамвая. Толпа перед разрушенным домом взорвалась аплодисментами. Никто уже не помнил, герой ли он или злодей, важно было, что свой.

Всё гудело и шумело. Джеку показалось, что он видел в толпе большую голову Феди и доктора Леечкина. После первой волны бурной радости все начали праздновать. Просто, чтобы снять стресс. Произносили тосты за трамвай, за снос дома монополиста и даже за такие элементарные вещи, как небо и дождь.

Джек отошёл в сторонку. К нему протиснулся Роман. Он был весь в синяках и ссадинах.

– Предлагаю забыть все наши прошлые разногласия, – протянул руку «садовник», – и стать друзьями.

Джек с радостью пожал ладонь.

– А где Маша? – спросил он.

– Маша? Там, где и должна быть.

– Я рад. Значит, всё к лучшему, – философски произнёс Джек. А мысленно пообещал:

«Никогда не возьмусь за старое. Ни-ког-да».

И, смотря через года, я могу сказать, что Джек выполнил обещание.

Настя Дорожкина

Последняя одиссея

Из открытого настежь окна дул свежий ветер, слегка разгоняя запах табачного дыма в комнате.