Мой нелюбимый муж

Напоила чаем, принесла книгу и села у камина читать вслух, пока не уснул. Иногда проваливалась в дремоту, но просыпалась и подходила слушать: дышит ли, не бледно ли снова его лицо. Уже под утро ушла на кухню готовить, наверняка проснется голодным.

Вообще, за неделю со мной Итан чуть поправился. Ушла болезненная худоба, бледный цвет кожи. Аскетичный рисунок мышц на животе и руках приобрел приятную мягкость. Мужчина хорошел на глазах, хотя, куда уж лучше. Воспоминания о теплых прикосновениях его рук, проникающем в душу взгляде заставили застыть на месте и забыть о готовке.

– Печешь оладьи? – раздалось из-за спины.

Вздрогнула, опомнившись, и схватилась за начавшую коптить сковороду.

– Испортила, – растерянно перевела взгляд с потемневших блинчиков на стоящего на входе мужчину.

– Не беда, – Итан мягко улыбнулся и, немного помявшись, сел за стол.

Он не знал, как теперь будет правильным себя вести: можно ли ему касаться ее или сохранять дистанцию и уйти в роль помощника, как она и планировала, покупая его у старой семьи.

– Янин, – он дождался, пока сидящая напротив девушка посмотрит ему в глаза, – прости за сегодняшнюю ночь. Я вынудил тебя сделать то, чего ты не хотела.

– Я не невинная девица, ты ни к чему меня не принуждал. Если бы знала, что клятва не выдумка…

– Не заключила бы этот брак? – опустил глаза эльф.

– Не стала бы ждать, пока из тебя польется черная муть. А у Сигурдов все равно бы забрала, даже если бы пришлось тебя выкрасть, – решила вывести парня из уныния немудреной шуткой.

– Зачем тебе все это? – не веря тому, что услышал, посмотрел на меня Итан.

– Говорила же – помощник был нужен толковый, – сунула в рот ложку остывающей каши. – Однако, ты прав: того, что случилось ночью, не должно было произойти.

– Есть, – ответил уверенно.

– Странная штука – эта ваша клятва, – посмотрела с недоверием, – еще ночью умирал, а сегодня на подвиги готов.

– Магия так устроена – может убить, а может все вернуть вспять. И пусть богиня-мать лишила меня силы, по рождению каждое живое существо – ее часть. И даже ты.