Любовь в разных лицах: демон-искуситель и мечтательница

У нее в голове не укладывалось, что Леша, который столько времени не обращал на нее внимания, вдруг сам накинулся на нее с такой страстью. И даже осознавая, что здесь что-то не так, она не могла оттолкнуть его. Забылось все то, что Леша говорил о ней, забылась Лера с ее просьбами и переживаниями. Поля решила получить хотя бы эти короткие мгновения нежности и счастья, поэтому не сопротивлялась.

Корхан откинул девушку на траву и склонился над ней.

– Боже, Полинка, ты все такая же горячая… – проговорил он.

Он осторожно раздвинул ее берда, сместил в сторону ее трусики и начал ласкать ее пальцами. Поля стонала и извивалась от нетерпения под его руками. Она жаждала, чтобы все произошло поскорее.

– Леш… пожалуйста…

– Да, милая, сейчас…

Поля потянулась к его губам, и тут раздался голос Евгена:

– Ребят, не хочу вам мешать, но тебя, Корх, ищет Лера. И будет лучше, если она найдет тебя одного.

– Черт… Прости, Поль… Мне надо идти… – сказал Леша, поднимаясь и исчезая в темноте.

Поля села, положила голову на колени и обхватила ее руками.

– Боже, Жень, как ты не вовремя… – простонала она.

– На-ко вот, оденься, – сказал Евген, бросая девушке ее майку и шорты.

Не заботясь о том, как много он видит, Поля встала и начала одеваться.

– Как ты нас нашел? – спросила она.

– Я видел, куда вы пошли.

– Ты же с Машей разговаривал.

– Одно другому не мешает.

Поля начала искать в кармане сигареты, но пачки не было.

– На, возьми – курить наверняка хочется, – протянул ей свои сигареты Евген.

– Спасибо, – ответила она. Руки ее дрожали, в итоге девушка выронила пачку. Поля наклонилась за ней, но потом без сил опустилась на траву. Ей определенно хотелось плакать.

– Нет, милая, носом хлюпать будешь потом, – сказал Евген, обхватывая девушку за плечи и резко поднимая ее на ноги.

– О чем, господи? – измученно спросила Поля.

– О тех глупостях, которые ты умудрилась натворить. И о тех, которые не успела.

– Это не твое дело, – буркнула Полина.

– Серьезно? А разнимать вас с Лерой кому бы пришлось?

– Ага! Значит, тебе можно ерунду творить, а мне нельзя? Недавно разнимали ведь твоих девушек!

– Это разные вещи. Саша меня сама поцеловала, и у нас был всего поцелуй.