Cемейные узы не в счет

– Ксю, постой, не уходи! Ты заблудишься в лесу, ты же не знаешь дороги, Ксю!

Денис и Ваня стояли на пороге и, разговаривая, курили. Ксюша оттолкнула Дениса и со словами: «Уйди с дороги, козел!» сбежала по ступенькам. Оля, выбежавшая вслед, стала торопливо объяснять, что случилось.

– Сделайте что-нибудь, она собирается в Барановичи! – кричала она. – Она же не знает дороги, она заблудится!

– Вернись, шальная! – крикнул Ваня вслед Ксюше. – Если уж так торопишься, то давай до станции довезу…

– Нет уж, спасибо, – ответила Ксю издалека.

 – Обойдусь без ложного благородства.

37.

Ксюша никак не могла вставить ключ в замочную скважину, потому просто нажала кнопку звонка. Дверь открыла Катя.

– Ксю? Ты не в Полонке? – удивилась она.

– Нет, там с проводкой что-то случилось, свет погас, потому мы вернулись, – сказала Ксю, на ходу выдумывая историю.

– Понятно. Ужинать будешь?

– Нет, позже. Отдохну немного.

Девушка зашла в свою комнату и сразу же упала на кровать. Никогда она не чувствовала себя так отвратительно.

Уткнувшись лицом в подушку, Ксюша горько заплакала. Ей казалось, что ее избили, растоптали и бросили в грязь.

Как она шла через лес до станции, как ехала в поезде, как добиралась до дома по городу, Ксю не помнила. Ей абсолютно не было дела до того, что она может сбиться с дороги и потеряться в лесу, что может попасть под машину в таком состоянии… Важным было одно – не остаться в одном доме, с этими сволочами и предателями, которые способны унизить и посмеяться над человеком.

А потом, как ни в чем ни бывало, словно ничего не произошло – разговаривать с ним и улыбаться. Ксюше было противно. И как она могла дружить с Олей? Как могла думать, будто у них много общего?

Ну нет! Ксюша вытерла слезы. Не будет она из-за них плакать! За этот день Ксю повзрослела и многое поняла. Она еще найдет способ отомстить Оле, а если и не найдет, то никогда она не назовет ее подругой, не заговорит с ней. И не будет больше растрачиваться на доброе отношение к тем, кто ей неприятен.

Ночью у Ксюши поднялась температура, сильно разболелась голова. Девушка вертелась на постели, стонала, тихо всхлипывала. Снилось ей, что она экспонат музея. Ну, может, не экспонат музея, но что-то очень похожее. Она стояла, окруженная какой-то прозрачной со всех сторон, стеклянной ширмой. В помещение заходили люди, смотрели на нее, показывали пальцами, смеялись… словно Ксю была каким-то диковинным зверем. Самое удивительное, что Ксю их всех знала.