Вне уровней

Она сидит в кресле, закинув ногу на ногу и сложив на колено ухоженные руки. Ногти покрыты вызывающе алым лаком, на губах такого же оттенка помада. Закатываю глаза и прокашливаюсь, привлекая к себе внимание.

Хэйс тут же оборачивается, продолжая при этом улыбаться. Его зрачки слегка расширяются, когда он замечает во что я одета. Не концентрируюсь на этом, чтобы не смущаться, на сегодня этого достаточно. Смотрю на девушку, она поднимается на ноги и берет со стола небольшой чемоданчик, замечаю промелькнувшее на ее лице удивление, которое она тут же мастерски скрывает.

– Тори, это Елена, доктор, о котором я говорил, – представляет нас Хэйс.

– Ага. – Киваю, все еще не глядя на него.

Внимательно осматриваю блондинку. Она бы еще в вечернем платье заявилась. Обтягивающие джинсы, блузка с глубоким вырезом и туфли на высоченном каблуке, на мой взгляд, не лучшая одежда для посещения пациентов.

– Люк, не оставишь нас? – просит Елена.

– Конечно, – мигом соглашается Хэйс.

– Ага, – повторяю еще раз, кошусь на него и замечаю, что он больше не улыбается, но продолжает пялиться.

– Все нормально?

Отворачиваюсь от Елены и слегка приподнимаю брови, глядя на Хэйса.

– Более чем.

Отступаю в сторону, пропуская Охотника, который не спеша покидает спальню. Понижаю голос и заговариваю секунд через пять после того, как за ним закрывается дверь:

– Альварес тебя послал?

Елена хмурит свои идеальные брови, отрицательно качает головой и тоже понижает голос.

– Нет. Никто не в курсе, что ты вернулась. А босс в последнее время рвет и мечет. Куда ты пропала?

– Была на задании, – сообщаю коротко и плетусь к кровати, растеряв последние остатки сил.

Надеюсь, в ее чемодане есть хоть что-то, что будет способно облегчить возвращающиеся страдания.

– Почему Хэйс назвал тебя Тори?

Вскидываю голову, про себя благодаря Елену, что подыграла и сделала вид, что мы не знакомы.

– Заказчик так захотел. Какие в городе новости?

Елена жестом указывает на кровать, сажусь на край и стягиваю с себя футболку Кроу. Личный врач Альвареса велит мне лечь и приступает к делу, попутно рассказывая обо всем на свете. По сути, за время моего отсутствия ничего сверхъестественного не произошло.