Уровень – Черный

В коридоре пусто, но я почти не сомневаюсь в том, что звук шел из-за двери, за которой, уверена, и скрывается кабинет. Стараюсь дышать ровно и тихо, но делать это весьма трудно из-за колотящегося в сумасшедшем ритме сердца, будто желающем выскочить из груди. Интуиция вопит о том, что нужно уносить ноги, но я не могу сдаться.

Перевожу беспокойное дыхание, покрепче перехватываю прохладную рукоятку верного ножа, после чего замираю возле нужной двери и прислушиваюсь.

Тишина.

Может, шорох мне просто показался? Нервы, что с них возьмешь?

Тянусь к дверной ручке, а в следующее мгновение, створка резко распахивается.

Вспыхивает ярчайший свет, и я от неожиданности слепну.

Меня хватают сильные руки, затаскивают в помещение и скручивают так, что я едва не касаюсь подбородком собственных колен. Нож, конечно же, тут же отбирают, и мне не остается ничего иного, как моргать в надежде поскорее вернуть себе зрение. Сейчас оно единственное, что поможет оценить степень угрожающей опасности и попытаться найти выход из ситуации.

Дьявол! Надо было слушать интуицию!

Когда свет перестает причинять дискомфорт глазам, предпринимаю сомнительную попытку выпрямиться, но она остается безуспешной. Меня подталкивают вперед, и я шагаю, потому что больше ничего не остается. Секунда, и вот я уже сижу на стуле, а крепкая хватка ослабевает, а потом и вовсе исчезает, отпуская меня на свободу. Но отчетливый щелчок предохранителя намекает на то, что с места лучше не двигаться.

Медленно распрямляюсь и осматриваюсь.

Я и правда в кабинете. Сижу перед массивным столом из черного дерева, позади которого огромное панорамное окно. Брови удивленно ползут вверх, когда взгляд упирается в человека, занимающего кресло хозяина. И это вовсе не Доннел Брюст, как я подумала изначально.

Это… мой заказчик. Мужчина лет сорока, выглядящий как властелин мира. Тот, кто послал меня сюда, скупо улыбается, демонстративно смотрит на часы и заявляет:

– Мисс Дэвидсон, вы справились быстрее, чем остальные кандидаты.

Глава 2

Кандидаты? Что еще за кандидаты?

Постойте, он назвал мою фамилию?! Я никогда и никому не даю о себе никаких данных.

Есть только исполнитель, то есть я, и заказчик, тут, думаю, пояснять не стоит.

Происходящее удивляет и пугает одновременно. Уже понимаю, что вляпалась в какое-то дерьмо, но вот его масштабы пока неясны.

Набираюсь смелости и спрашиваю на удивление ровным голосом, по которому никто ни за что не догадается о разразившемся в душе смятении.