Уровень – Черный

– Нет, он сейчас беседует… – запинаюсь, едва не сказав с Брюстом, но быстро исправляюсь, – с моим отцом.

– Хорошо, – говорит он, хотя я не понимаю, что в этом хорошего. Спросить не успеваю, так как парень меняет тему: – Как тебя зовут?

Медлю пару мгновений. Мне совершенно не нравится выбранное Шоном Данэмом имя. Для меня оно звучит так, будто первая часть, которой любит называть меня сестра, осталась у нее, а ненужная часть досталась мне. Поэтому я сокращаю имя до прозвища, придуманного папой в далеком прошлом.

– Тори.

– Тори, – удовлетворенно повторяет парень, – тебе идет.

Ощущаю отголосок боли в груди. Так меня не называли уже очень давно. Чтобы не скатиться в пучину не самых веселых воспоминаний, тоже спрашиваю:

– А тебя как зовут?

– О’Брайен, – слегка склонив голову набок, представляется он.

Удивленно смотрю в ответ и все же решаю уточнить для надежности:

– Это имя такое?

Парень негромко смеется и отрицательно качает головой.

– Нет. Я Линкольн. Линкольн О’Брайен.

Но все зовут меня по фамилии.

– Почему? У тебя красивое имя, – говорю честно.

Линкольн окидывает меня еще чуть более заинтересованным взглядом, чем до этого.

– Спасибо. Я тоже не имею ничего против своего имени, но у нас так заведено, что все обращаются друг к другу по фамилиям.

Непроизвольно свожу брови к переносице. Мне не нравится эта идея, с учетом того, что меня будут называть Брюст. Ну уж нет.

Собираюсь спросить, откуда пошла такая глупая традиция, но не успеваю.

В этот момент открывается дверь в кабинет Роудса. Первым наружу выплывает подставной папаша, а следом появляется предводитель Стражей. Он окидывает нас с Линкольном внимательным взглядом, после чего обращается к Доннелу:

– Мистер Брюст, можете не волноваться. Ваша дочь в надежных руках.

– Я и не волнуюсь, – беспечно отмахивается старый идиот, и я едва сдерживаюсь, чтобы не треснуть себя ладонью по лицу.

Актер из него никакой, то переигрывает, то недоигрывает.

Поднимаюсь с кресла и пару мгновений смотрю на Брюста.

Как нам следует попрощаться? Стоит ли обнять его для правдоподобности?

Сделать ничего не успеваю, старик сам хватает меня в охапку и прижимает к себе.

– Веди себя прилично, – строгим тоном наставляет он. – И не забывай звонить. Мама будет переживать, если ты не будешь выходить на связь.

Это намек на то, чтобы я вовремя передавала добытые сведения Данэму? И без напоминаний четко осознаю, зачем я здесь.