Приручи, если сможешь

Из дома выходила через дверь для прислуги, не желая, чтобы меня видел кто-то из гостей. А по пути к центру – он находился недалеко от нашего дома – взгляд зацепился за вывеску «Парикмахерская». Ноги сами свернули туда, я зашла и села в кресло, выдернув шпильки из волос.

– Желаете укладку? – улыбчивая девушка с откровенным восхищением осторожно коснулась моих локонов.

– Нет. Стрижку. Коротко, – кратко озвучила я свои пожелания и показала, как именно хочу обрезать. – Вот так, – коснулась пальцем чуть ниже уха.

– Вы уверены? – на лице девушки отразилось сомнение. – У вас такие шикарные волосы…

– Режьте, – перебила я её.

Глядя, как густые, рыжие пряди падают на пол, не испытывала совершенно никакого сожаления. Это уходила моя прошлая жизнь… Через час я выходила с изрядно полегчавшей головой и небрежно уложенными кудряшками, и чувствовала себя чуть лучше, чем недавно. Вот теперь можно в центр. И я зашагала быстрым шагом по тротуару, глядя прямо перед собой. Однако, снова не дошла – буквально за пару улиц взгляд снова зацепила вывеска.

«Тату на любой вкус, по вашему эскизу. Временные, постоянные, цветные, монохромные, инкрустированные рисунки». И снова ноги проявили возмутительную самостоятельность и принесли меня в цокольный этаж заведения. За столом сидела колоритная девица с коротким ёжиком волос, усеянным кольцами одним ухом, с проколотым носом и губой, с густым, агрессивным макияжем и в безрукавке на голое тело. А руки от запястий до самых плеч густо покрывали рисунки.

Дева окинула меня взглядом и тихонько вздохнула.

– Где? – коротко спросила она. – Грудь, попа, животик…

– Здесь, – так же коротко ответила я, расстегнула ворот рубашки и оголила плечо.

Администраторша и ухом не повела. Кивнула, подвинула мне толстый каталог.

– Кошечку, сердечки, птичек…

– Её, – снова не дала договорить я, и мой палец упёрся в один из эскизов на стене.

Там была изображена женщина, объятая пламенем, и даже в глазах плясали оранжевые язычки. Но на её лице не отражалось страдания, наоборот, решимость и какое-то даже вдохновение.

– О, – в голосе девицы проскользнули нотки уважения. – Огненная ведьма, значит? Зачётно. Айда, полчаса дело займёт, – она поднялась и направилась вглубь, за завесу из толстых цепей.

Я молча последовала за ней, и впервые за этот долгий вечер мёртвое сердце отозвалось робким толчком. Новая жизнь стучалась в дверь моего разрушенного дома, и… Это было хорошо. Это было… пожалуй, интересно, да.