Каста 6

– Я помогу тебе сбежать, – говорит он, понизив голос, а я сглатываю вязкий комок нервного напряжения, сковавший мне горло.

– Зачем? – конечно, прошло немалое количество времени, но мне слабо верится, что он хочет поддерживать былой уровень дружбы после всего случившегося.

– Взамен ты возьмешь меня с собой и поможешь найти… ее, – произносит он тихо, по-прежнему не глядя на меня.

– Что? – спрашиваю, не скрывая удивления, с каждой секундой дышать становится все легче, я распрямляюсь и уже не нуждаюсь в опоре в виде стены, но тем не менее продолжаю сидеть.

Пэриш на секунду прикрывает глаза, а потом смотрит на меня пронзительным взглядом.

– Мне понадобилось время, чтобы справиться с перерождением, привыкнуть к своей новой сути, найти более-менее подходящих союзников и отыскать лазейку из этого места, чтобы не быть убитым высшими стражами, охраняющими выходы из города Ночи. К тому времени как я оказался на земле, в том городе, где мы встретились, ее уже там не было, – следующее он произносит с горечью.

Потираю виски большим и средним пальцами левой руки, обдумывая неожиданное предложение Пэриша. Если он говорит правду и если он действительно поможет мне выбраться отсюда, я знаю того, кто найдет кого угодно и где угодно, так что с этим проблем не возникнет. Но… всегда есть какое-то "но". Если это какая-то уловка, ничего хорошего мне не светит.

– Что ты будешь делать, когда найдешь ее? – серьезно смотрю на него. – Прошло двадцать девять лет с тех пор, как вы виделись в последний раз. Сейчас ей, должно быть, около пятидесяти, тебе же не дашь больше двадцати пяти. К тому же, твои глаза…

– Я разберусь с этим, – отрезает он, тоном ясно давая понять, что не намерен обсуждать это со мной.

Хорошо, я не буду лезть, но есть еще кое-что, что я должен узнать прямо сейчас.

– Ты не злишься? – спрашиваю негромко, меня действительно волнует этот вопрос.

Даже несмотря на то, что я не уточняю, о чем идет речь, Пэриш безошибочно это понимает. Он снова оглядывается, а потом смотрит на меня.

– Нет. Ты выполнял свою работу, и я понимаю, что ты сделал это не специально, – пару мгновений он молчит, затем улыбается уголком губ. – К тому же ты уже за все поплатился. Моя жизнь перевернулась на сто восемьдесят градусов, твоя – не меньше, чем на девяносто.