Укрощение строптивой… ведьмы

Итак, работаем, Ярина Станиславовна. Я хрустнула пальцами и приступила.

…Почти через два часа организм настоятельно потребовал кофе – и не той бурды, что продавалась в автомате в коридоре участка, а чего-нибудь поприличнее. На этой же улице недалеко находился «Старбакс», и ещё, хочется чего-нибудь сладенького. У меня всегда после применения способностей прорезалась повышенная тяга к потреблению вредных тортиков и печенек. Бросив последний взгляд на тело жертвы – вскрытие будет делать Натан, мне не нужно потрошить бедняжку, чтобы получить нужные сведения, – я вышла из лаборатории, на ходу стягивая перчатки.

– Приятель, будь другом, сбегай в «Старбакс», возьми мне каппучино с сахаром и какого-нибудь пирожного, – я мило улыбнулась, захлопав ресницами, и протянула ему десять фунтов.

Да, безбожно пользовалась своим ведьминским обаянием, ну и что? Меня подняли с утра пораньше, я спала шесть часов, что для меня равносильно бодрствованию! Март простит, я знаю.

– Спасибочки, – проворковала и коснулась его щеки ладонью.

Парень ускакал, а откуда-то сбоку донеслось насмешливое хмыканье.

– Эйрин, как ты можешь распивать кофе и есть в компании свеженького трупа? – поинтересовался Джон, один из подчинённых Мартина.

Я пожала плечами.

– Легко, – с непринуждённой улыбкой ответила ему. – Он же не оживёт и не потребует себе чашечку.

– Типун тебе на язык, – Джон вздрогнул и опасливо покосился на меня.

– Эйрин, что-нибудь выяснила? – как всегда, Мартин с неизменной сигарой и невозмутимым видом появился вовремя.

– Вообще, да, – я кивнула, отбросив игривый тон.

Оборотень склонил голову и пошёл за мной в лабораторию. Перед дверью он аккуратно загасил сигару и бережно положил в коробочку, вытер ноги и зашёл.

– Кровь, хоть и такой же группы, не её, – начала я радовать начальника. – Кто-то где-то нашёл пару литров и вылил под тело, создав видимость, что она просто вытекла через перерезанное горло.

– О, как, – крякнул Март, на его лице мелькнуло удивление. – Кудесник, однако. Больше ничего?

– Память чистая, – я вздохнула. – Девушка возвращалась через парк домой, видимо, а ей сделали моментальный отказ сердца. Оно как будто раздавлено, – поведала я следующее открытие. – Но при этом внешние покровы грудной клетки не повреждены.