Слеза времени

Колоть дрова сегодня было уже поздно, к тому же, руки требовали отдыха перед очередной работой.

Гвен посмотрела на небо, успевшее наполниться светящимися точками звезд. Легкий порыв ветра погладил невидимой воздушной рукой по щеке уставшую девушку.

– Гвендалин! Дорогуша, сколько можно! Где мои чернила?

Гвен вздохнула, закрыв глаза. Если бы было место на земле, куда она могла бы сбежать, она непременно сделала бы это. Терпеть его становилось с каждым днем все сложнее. Ее держало только знание того, как устроен мир.

Куда бы она не направилась, везде будет так же. Она просто жена. Рабыня. Служанка. Ей никогда не стать в этой стране и в это время полноправным членом общества. Тем более, без денег.

Закончив починку одежды для соседа, за что получит лишь жалкие гроши и, быть может, немного мяса, Гвен вышла во двор и взобралась по лестнице на дерево. Посиделки на дереве в саду после особенно тяжелых дней являлись главным развлечением Гвен. Оставалось только надеяться, что Остин никогда не заинтересуется предназначением стоящей у дерева лестницы и не решит убрать ее.

Небольшая деревенька, состоящая всего из нескольких десятков домов, одной лавки и одного бара, выглядела такой умиротворяющей. Тишину и спокойствие этого места усиливал окружающий селение со всех сторон густой темный лес.

Гвен смотрела на особняк Уайлдбергов и представляла себя его хозяйкой. Иногда она даже ловила себя на мысли соблазнить Малькольма, хозяина этого поместья и потомка основателя этой деревни.

Гвен осознавала свою привлекательность и моментами пользовалась этим коварным оружием, но совесть ни за что не позволила бы бедной девушке разбить семью, оставив маленького мальчика по имени Кори без отца. Да и вражда с такой женщиной, как Джоан, представлялась молодой Гвен неподъемной задачей.

Сидя на крепкой ветке дуба, Гвен осматривала главную улицу. В этом плане девушке повезло: Остину по старой дружбе достался дом, из которого открывался, насколько это было возможно, прекрасный вид на деревню.

Сильный порыв ветра, пролетевший над лесом, преклонил ненадолго верхушки деревьев, оживив зашелестевшую тут же листву, и чуть не сбросив задумавшуюся Гвен с дерева.

– Дорогуша, ты тут? – раздался недовольный голос Остина, чья голова высунулась из дома.

Гвен замерла, перестав дышать, боясь выдать свое положение. Остин осмотрел двор, пожал плечами и закрыл дверь изнутри на засов. Свет свечи в доме погас.