Не играйте с некромантом

Подойдя к роскошному трёхэтажному особняку на улице Гренель, украшенному лепниной и горшками с цветами на окнах, Гастон постучал бронзовым дверным молоточком и через несколько минут ему открыл невозмутимый Бернар.

– Мессир Лоран, рад вас видеть, – степенно поклонившись, поздоровался дворецкий и посторонился, пропуская гостя в холл. – Господин маркиз как раз завтракают.

– Отлично, – кивнул Гастон. – У себя?

– Да, – Бертран снова склонил голову. – Прикажете подать вам приборы?

– Нет, я не голодный, – Лоран направился к широкой мраморной лестнице на второй этаж.

 – А вот от бокала вина не откажусь.

– Как скажете, мессир, – Бертран закрыл дверь.

Пройдя по длинному коридору мимо пары гостиных, Гастон остановился перед дверью в личные покои друга и постучал.

– Войдите! – отозвался приглушённо хозяин спальни и некромант нажал ручку, переступив порог комнаты.

Большая, светлая, оформленная в серебристо-голубых тонах, с кроватью, стоявшей в алькове под балдахином из бархата, она на первый взгляд не слишком подходила мужчине.

Но Син смотрелся в ней удивительно органично, развалившись в одном из кресел у окна, в штанах и небрежно накинутом халате. Видимо, маркиз только недавно встал и изволил вкушать завтрак, и его мечтательная улыбка наводила на мысли, что спал он сегодня отнюдь не в гордом одиночестве. И скорее всего, очередная любовница ушла не так давно.

– Утречка, засоня, – поздоровался Гастон с широкой ухмылкой и устроился во втором кресле. – Судя по твоей улыбке, она была хороша? – ехидно поддел он друга.

– А? – маркиз встрепенулся, хлопнул длинными, золотистыми ресницами и усмехнулся, подняв бровь. – О, Гас, дружище! А что, завидуешь? – отозвался невозмутимо Син и подмигнул.

– Да не так, чтобы очень, – Гастон пожал плечами.

– Ну, рассказывай, как прогулка к сонхау? – с нетерпением спросил Оллсинэль и подался вперёд, серые глаза полуэльфа блеснули любопытством.

– Занятно вышло, – задумчиво ответил некромант, бросив рассеянный взгляд на улицу через приоткрытый балкон.

 – Получил странное пророчество о Птичке, встреча с которой ждёт меня уже сегодня, и надвигающейся Тьме, по пути к святилищу развеял пиявку.

Их диалог прервался Бертраном, слуга принёс для гостя вино и снова удалился.

Син откусил хрустящего круассана с сыром и полюбопытствовал:

– Что за Птичка?

Гастон сделал глоток вина, отставил бокал и соединил кончики пальцев, а потом посмотрел на друга прищуренными глазами.