Котомка с приключениями

Близкое присутствие Мэла нервировало ужасно и сбивало с мыслей, я в них путалась и спотыкалась. Синие глаза с некоторым удивлением посмотрели на меня, уголки губ снова приподнялись в улыбке.

– Узнал, что у тебя проблемы по Стихийной, решил помочь, – просто объяснил он, и я снова зависла.

Он… что? Откуда узнал? Преподавателей, что ли, спрашивал своих? Заче-е-ем, боги мои?! Последствия зелья до сих пор не отпускают, что ли? Прицепился, репей… Я всё ещё не могла понять, что блондину надо от скромной и незаметной меня, когда к его услугам весь цветник Академии и Школы ведовства заодно.

– А… Ага… – промямлила я, осторожно сделав шаг назад и выскальзывая из его рук.

– Тогда давай продолжим? – Мэл вопросительно посмотрел на меня.

Ничего другого и не оставалось. Остаток урока превратился в форменное безобразие: близость моего добровольного учителя волновала до разноцветных звёздочек в глазах. И хотя его прикосновения ко мне были оправданы, я никак не могла избавиться от стойкой уверенности, что Мэл специально придирался к каждому жесту, чтобы лишний раз оказаться поближе ко мне.

Часа через полтора я решительно положила конец учёбе, заявив, что мне срочно требуется отдых. Тем более, что в голове царил полный бардак, и больше в неё ничего уже не помещалось. Да ещё и Мэл…

– Тогда до завтра? – как ни в чём не бывало, спросил он, и наши взгляды встретились.

Меня бросило сначала в жар, потом пробрала дрожь, и пришлось поспешно опустить глаза. Ну зачем так смотреть на меня, а, да ещё и улыбаться так… сногсшибательно и обаятельно?!

– Х-хорошо, – пробормотала я упавшим голосом, понимая, что не в моих силах отказаться от такого добровольного помощника.

Но ослепи меня василиск, если я и завтра позволю ему подобные вольности, как сегодня, под предлогом обучения! Обойдётся, мы даже не встречаемся, так что нечего тут руки распускать, шустрый какой. И вообще, какое встречаемся, вряд ли до этого дойдёт. Выпроводив Мэла, я вспомнила об Олинне – что-то давно она не появлялась, навещу-ка её.

Заодно отвлекусь и перестану думать о блондине, прочно поселившемся в моих мыслях в последние недели. И бесполезно его оттуда выковыривать, кажется, я втюрилась по уши, и это факт. Подавив тоскливый вздох, решительно вышла из комнаты, закрыв дверь. Матильда, тебе ничего не светит, дорогая моя, и смирись.

Я добралась до комнаты Олинны, открыла дверь, тоже не утруждая себя стуком, и замерла на пороге, с удивлением воззрившись на подругу.