Котомка с приключениями

И тут Олинна с верещанием отскочила, очень неудачно толкнув меня под руку. Приготовленный порошок разлетелся в воздухе мелкой пылью.

– Олинна, тролля за ногу да три раза об забор! – заорала я, резко развернувшись и сжав кулаки. – Какого хрена?! – грозно вопросила, сверля сжавшуюся подружку взглядом.

Хвеля, захлопав бесцветными ресницами, ловко сцапала своё мохнатое сокровище, подбиравшееся к ноге Линны – из-за чего собственно блондинка и дёрнулась, и просительно посмотрела на меня.

– Мэтти, не кричи, а? Ну хочешь, я тебе кучку накладу? – заискивающе сказало это чудо в перьях, с опаской глядя на меня.

Видимо, выглядела я в самом деле устрашающе, раз уж даже эта безбашенная особа струхнула.

– Хвеля, убери своё животное, чтоб оно облысело, и марш за дверь! – начала я раздавать указания. – Это дерьмо мышиное, чтоб оно плесенью покрылось, приличных денег стоит! Деми, сволочь эльфийская, последнее с меня сдерёт! – простонала я, невольно представляя поход за пополнением запасов.

– Матильдочка, ну хочешь, я за тебя схожу? – теперь Олинна смотрела на меня взглядом раненого оленя.

– Сиди здесь! – рявкнула я. – И не смей ни до чего дотрагиваться, – достав кошелёк, убедилась, что там ещё что-то звенит с последней стипендии. – Сама пойду за этим говном дурацким!

Ух, как они обе меня достали. И чего нервничаю, спрашивается, ведь не яд какой готовлю. Чтоб этот Мэл три дня икал без передыха, и чего попёрся в «Погребок» в то же время, что и мы туда пришли?!

Едва за Мэтти закрылась дверь, просветлевшая Лин вытащила склянку с остатками кваса и осторожно влила в булькавшее варево, ровно четыре капли.

Я спустилась на этаж ниже, дошла до двери в комнату Деми – её папочка тоже был достаточно влиятелен, чтобы выбить для дочурки отдельную большую комнату, в которой обычно жили по три девушки.

– Привет, – вежливо поздоровалась я с Деми. – У тебя ещё осталось дерь… помёт мышиный? – тут же исправилась, помня, как не любят эльфы слышать ругательства.

Деми окинула меня взглядом, отработанным жестом убрав с лица несколько нежно-розовых прядей – кстати, естественный цвет, а не результат косметических процедур.