Академия Последних

«Боевик», – определил Конрад по переливавшейся оранжевым ауре и отчетливому, давящему ощущению силы. Причем не из последних, наверняка в боях участвовал. Одетый в штаны и рубашку с закатанными рукавами, он совсем не выглядел грозно, как почему-то представлял себе Конрад. И без бороды. Фыркнув, Инквизитор склонил голову и вежливо поздоровался:

– Добрый вечер. Простите, что так поздно, но мы только приехали…

– Проходите, – кивнул ректор, не дослушав, и посторонился. – Я привык, здесь такое случается.

Он улыбнулся уголком губ.

Внутри дом встретил их небольшой прихожей, из которой вели две двери, направо и налево. Ректор подтолкнул их к правой, в гостиную. Диван, два кресла, стол, полки с книгами – ничего лишнего.

– Садитесь, – хозяин кивнул на диван. – Сейчас принесу бумаги.

Конрад чисто по привычке обратился к силе, собираясь проверить окружающее, и едва не ослеп от сияния защитных переплетений, окутывавших комнату.

– Силен, однако!.. – уважительно хмыкнул Конрад и опустился на диван.

– Уютно здесь, – вполголоса обронил Шейр, сев рядом.

Больше они не успели ничего сказать – вернулся ректор с папкой.

– Приветствую в Академии! – Он остановился посреди комнаты и обвел поздних гостей внимательным взглядом. – А вы не слишком взрослые, чтобы учиться здесь? – чуть прищурился ректор. – Откуда вы пришли?

Глава 2

По давней договоренности заговорил Шейр, – в их паре разговорами занимался именно он, Конрад предпочитал действовать.

– Конраду двадцать пять, мне – двадцать три, – отозвался друг и обезоруживающе улыбнулся.

 – Ну, да, на студентов не тянем, но мы и не успели нигде толком отучиться… – Он вздохнул. – Мы почти сразу ушли в партизанский отряд, – выдал он их общую легенду. – Я снайпер, Конрад – светлый маг. Наш отряд остался прикрывать отступление, а нас командир отправил сюда… – На его лицо набежала вполне правдоподобная тень, и Конни восхитился актерскими способностями друга. – Мы даже не знаем, остались они живы или нет и где сейчас.

Ректор помолчал, выслушав, и коротко уточнил:

– Родители?

– Мои погибли, – скупо ответил Конрад.

– Мои – не знаю, – тихо отозвался Шейр, опустив глаза. – Они остались в Тиррасе, мама – целительница, а папа – командир гарнизона. Город захватили после трех дней осады, и… – Парень сглотнул. – Не уверен, что кому-то удалось спастись.

В гостиной на несколько мгновений повисла тяжелая тишина, потом ректор присел в кресло.

– Ладно, – кивнул он.