Агентство «Острый нюх». По следам приключений

Предчувствие, хоть и не такое острое, как вчера, тем не менее, до конца не уходило, беспокойство занозой сидело в душе, побуждая куда-то бежать и что-то делать. Желательно, рядом с Алёной. Рэм невесело усмехнулся: похоже, за давностью времени потребность её защищать вовсе не исчезла, а лишь уснула, и теперь, в непосредственной близости от прежнего объекта охраны пробудилась с новой силой. И что с этим инстинктом делать? Барс вздохнул и покачал головой, выруливая на Моховую, и вскоре уже парковался около подъезда. Часы показывали лишь половину одиннадцатого, наверняка ещё никого нет, и у него будет около получаса в тишине и спокойствии старой квартиры.

Рэм легко взбежал по ступенькам и вошёл, убедившись, что прав: внутри никого не было. Раздевшись, он прошёл на кухню, собираясь порадовать себя ещё одной чашкой кофе, на сей раз с капелькой коньяка, чтобы окончательно взбодриться.

– Доброго утречка, – проворчал неожиданно ещё один жилец офиса, Митрофан Никодимович.

Низенький, упитанный, в чистой просторной рубахе с вышивкой и штанах, но с растрёпанной пшеничной шевелюрой, он сидел за столом и неторопливо попивал из большой чашки крепкий чай.

– Приветствую, – кивнул Митрофану Рэм и только подошёл к чайнику, как домовой замахал на него руками.

– Иди, садись, – в обычной ворчливой манере отозвался он. – Ишь, припёрся ни свет, ни заря, чего дома не спится? – Митрофан споро загремел посудой, щёлкнул пальцами, и чайник почти сразу вскипел.

– Да вот, не спится, – Рэм чуть улыбнулся, наблюдая за суетящимся хранителем офиса.

Вскоре перед ним стояла чашка с кофе, вкусно пахнущим коньяком, и тарелка с бутербродами, а домовой снова уселся за стол, вернувшись к чаю. Они не разговаривали, наслаждаясь тишиной и уютной атмосферой, царившей на кухне, и Рэм даже немного расслабился, на время забыв о тревогах и сложностях с Алёной.

– Ну, я пошёл, – Митрофан Никодимович, допив чай, спрыгнул со стула и незаметно исчез в дальнем углу кухни.

Рожнов, помыв чашку, решил посидеть пока в кабинете, но едва вышел из кухни, как в коридоре послышался шум – приехали Князевы. Квартира-офис тут же наполнилась звонким голосом Василисы, запахом дождя и осени, принесённых с улицы.