Спящий красавец

Так, ну и что же мы имеем? Не вставая, попыталась оглядеть себя. Судя по коже рук, я здесь моложе себя настоящей. Косастая – это хорошо. Заглянула под простыню и чуть не заплакала – пухля. Прям с большой буквы "П".

Мои грустные размышления на тему «худеть тебе, деточка, не перехудеть» прервал лёгкий скрип открывающейся двери. В дом вошла хмурая сбитая тётка приятной, впрочем, наружности.

Пришлось поспешно захлопнуть глаза, изображая спящую красавицу. Накатила паника. Я ведь ничего толком так и не успела понять кроме того, что совершенно не готова к разговорам.

– Очнулась? – "на раз" раскусила меня хозяйка. – Ходи сюда – обедать будем.

Упс. Пришлось выползать.

– Э-э-э… М-м-м… Д-а-а… – промямлила я. Пред мысленным взором явственно нарисовался образ Кисы Воробьянинова.

– Да не майся, – поморщилась тётка – знаю я, кто ты. Мухомор твой забегал – обсказал, что к чему.

Удивительно, она окрестила деда тем же прозвищем, что и я. Видимо, было в нём что-то и вправду мухоморское.

– Фу-ух! – выдохнула я, не сумев скрыть облегчения и почти не удивившись.

Нет, ну это на самом деле значительно упрощает ситуацию. Теперь бы ещё разложить всё по полочкам, и жизнь, возможно, наладится.

Кстати, по факту оказалось, что не такая я и толстая. Пухля, конечно, но не ПУХЛЯ-а-а. Блин, вот бабы – ненормальные создания. Мне тут, понимаешь, мужа спасать, неведомо каким способом и, возможно, целый мир вместе с ним, а я в первую очередь волнуюсь за собственные габариты.

– Мира – травница я. – без экивоков представилась тётка. А ты теперь – Александра, моя племянница. Привыкай.

Было очевидно, что хозяйке вообще не нравится всё, что происходит и разговаривает она со мной вынужденно, от полного отсутствия выбора. М-м-да, начало так себе. Ладно, я уже всё равно ввязалась, а война план покажет.

– Мира, расскажите…

– Да не выкай, чай не барыня я.

Вот, гангрена, что ж ты зуб-то на меня заранее наточила? Я начинала тихонько закипать:

– Ладно. Давай прямо. Я вообще не горю желанием оставаться в этом мире дольше, чем потребуется. И потом, я надеюсь не угробила твою племянницу своим появлением?

– Нет, она спит. Когда ты уйдёшь – вернётся.

Мария как-то горестно выдохнула, плечи её опустились, взгляд застыл в одной точке, только пальцы медленно теребили кусочек хлебного мякиша.