Спящий красавец

Всё начистила, накрошила мелким кубиком картошечку, капусточку и морковочку со свеклой – тоненькой соломочкой. И зажарочку, обязательно жеж зажарочку! "Дунула – плюнула", – как выражалась моя мама, наблюдая за мной на кухне и, захлёбываясь слюной, села дожидаться, когда всё протомится. Затем сыпнула Мириной приправки с зеленушкой и рысью потащила готовый борщ в комнату, подхватив горшок сложенными в несколько раз полотенцами.

Вкрай заинтригованная Фета, наперевес с деревянной подставкой под горшок встретила меня у входа, изнывая от любопытства и запахов, доносившихся с кухни.

– Давай уже, раскладывай скорей! – подгоняла меня оголодавшая подруга.

Потом не утерпела, подвинула в сторону и сама черпаком разложила аппетитное варево по плошкам.

– Сметану! – спохватилась я

Фета, гонцом – золотые пятки, метнулась в ледничок и через считанные секунды уже сидела за столом с заветным горшочком в руках.

На борщ накинулись, как будто год ничего не ели. Как чайки Ливерпульские, ей богу. Дуя, обжигаясь, ибо ну никакого терпежу не было дождаться, когда само всё подостынет, мы за обе щеки уплетали наваристый борщец, умилённо жмурясь и почти урча от удовольствия. В пузоте растекались благодать с благолепием.

– Уфф, – Фета сыто откинулась от стола.

– Ага, борщик – это божес-сно, – лениво согласилась я. – И как я теперь в таком расплавленном состоянии тренироваться буду?

– У меня тоже мозг работать отказывается – Фета растеклась по кровати.

– Так, на прогулку и в зал – я заставила себя подняться, автоматически мысленно подзывая Рысь.

– А чайку-у? – заканючила подруга.

– Водички попью. Иначе меня потом вообще с места не сдвинешь, – я и впрямь хлебнула воды и направилась на выход.

– А я ещё маленько поваля-а-аюсь – сообщила ведьмочка, удобно растянувшись на кровати.

– Ну, можешь себе позволить, – а нам с Александрой такие излишества не на пользу.

Под дверью уже ждала Рысь, и мы вдвоём с моей боевой кошкой размеренно двинули в сторону леса.

Через пол часа спокойной пешей прогулки всё, что мы с Афетой наперегонки накидали в себя за столом, вроде улеглось. Можно было возвращаться домой и идти уже, наконец, в тренировочный зал. Что я и сделала.