Запрети тебя любить

А вот Марта Юрьевна в недоумении смотрит на Ваську.

– Ты чего застыла? Садись, готовься, – подгоняет её, указывая на первую парту в соседнем ряду.

Василиса громко отодвигает стул и садится тоже громко. Показательно. Мы с ней переглядываемся, и она одними губами шепчет: «Удачи».

Я отвечаю ей тем же и с головой ухожу в своё задание, игнорируя прожигающий взгляд серых глаз на моей спине. Взяв листок и ручку, расписываю все стили речи, а потом перехожу к видам связи слов в словосочетании. В билете имеется текст, который нужно проанализировать, исходя из имеющихся заданий.

Управляюсь я, наверное, минут за двадцать, самой первой. Посмотрев на Василису, понимаю, что вот у неё дела не так уж и радужны…

Время на экзамене не ограничено, и она может пробыть здесь довольно долго, поэтому лучше подождать её в другом месте. Именно сегодня (особенно сегодня!) мне хочется быть подальше от Войнова.

Оставив ручку на столе, вешаю сумочку на плечо, забираю с парты билет и свои записи, собираюсь подняться с места и внезапно чувствую тычок в области лопаток.

Немного повернув голову вправо, у меня получается взглянуть на Остапа. Лениво развалившись на стуле, он сидит с таким видом, словно тоже уже закончил. Мне становится любопытно, и я заглядываю в его листок – тот заполнен ровными строчками. Похоже, Остап, и правда, всё сделал…

Отворачиваюсь, и мне в спину сразу прилетает второй тычок.

– Не боишься, что я скажу всем, что ты списала? – слышу его тихий шёпот.

Тут же вспыхиваю.

Ведь он действительно может выкинуть нечто подобное. Проучившись в этой школе несколько недель, я успела понять, что Войнов в некотором смысле без тормозов.

Но он не добьётся от меня эмоций!

Вновь повернув голову, бросаю непринуждённо:

– Я ведь тоже могу так сказать, – а потом уже громче обращаюсь к комиссии: – Я готова.

Вскочив на ноги, подхожу к преподавателям и сажусь рядом с Мартой Юрьевной.

– Хорошо, Варя. Молодец, – взглянув на мой листок, хвалит меня наша класснуха.

 – Давай только анализ текста и можешь идти.

Там всего несколько строчек, и я быстро выделяю основной стиль речи и виды связи слов. Остальные члены комиссии, можно сказать, не особо вникают в мои бормотания, потому что говорю я довольно тихо и веду себя несколько скованно.

Неотрывный взгляд серых глаз реально напрягает.

– Отлично, можешь идти, – вновь хвалит меня Хализова.

Хорошо хоть, что она меня слушала, а вот другим, похоже, без надобности.