Прятки. Я иду искать

Даже не поможет мне, да?

А вот раньше помогал… Опекал… Как с хрупкой реликвией со мной обращался.

Хватит, Ася!

Хватит вспоминать то, что было раньше. Это уже закончилось. Новая форма наших отношений именно такая – неприглядная.

– А что, если я не хочу? Не хочу быть целые сутки твоей рабыней! Ну или подарком – неважно! – во мне клокочут обида и ярость.

– Не хочешь? – ядовито хмыкает Кирилл. – Тогда иди к Тимуру. Станешь на эти сутки его игрушкой. – Или к Марату пойдёшь? Может, он сумеет тебя защитить, мм?

– Да, Марат сможет меня защитить! – со злостью выплёвываю я, глядя в глаза бывшего друга.

Он тоже смотрит на меня. Мы сверлим друг друга злыми взглядами, стоя практически вплотную. Между нами всего сантиметров двадцать.

– Так вали! – Кирилл машет рукой в сторону двери. И так как я не двигаюсь с места, тычет пальцем в оконный проём: – А если всё же остаёшься со мной, то вылезай в грёбаное окно, Белка!

Белка… Теперь это прозвище, брошенное с такой злостью, разъедает меня, словно кислотой.

Сердце щемит от тоски, и я стараюсь больше не смотреть на парня, в которого была влюблена столько лет.

Выбираюсь через окно на улицу. Смахиваю невидимые пылинки с колен и просто жду, когда Суворов окажется рядом. Спрыгнув с подоконника, он сразу направляется к жилым корпусам, а я снова плетусь за ним, держась на некотором расстоянии. Потом всё-таки догоняю. Подавив в себе порыв вцепиться в локоть парня, спрашиваю ровным голосом:

– Что я должна буду для тебя делать?

Кир молчит, угрюмо смотря вниз, на свои кроссовки.

– Слушай, скажи лучше сразу! К чему мне готовиться? – продолжаю настойчиво.

Кирилл так резко останавливается, что я почти в него врезаюсь. Его жёсткий взгляд пробегает по моему лицу, а потом он смотрит словно сквозь меня.

– Я не был готов к такому «подарку» от Тимура, – на слове «подарок» рисует кавычки в воздухе. – Так что замолкни и дай мне подумать!

Его грубые хлёсткие слова – как пощёчина.

Мы подходим к корпусу для девочек. Смотрю на часы. Уже начало второго. Тётя Зина наверняка уже спит.

Кирилл распахивает окно.

– Марш спать! – его тон сейчас напоминает тон Тимура.

Я не буду спорить. Сейчас мне хочется быть как можно дальше от этого парня.