Запретное влечение

Бледные, кожа белесая, словно лист бумаги, тонкая, солнце их сгубит, поэтому они и сидят в могилах и склепах большую часть дня. Острые зубы прогнили, воспаленные глаза пылила алым.

Пока первый гуль приходил в себя, второй уже бросился в мою сторону. Клинки в моих руках – атака, гуль издает неприятный звук, сродни воплю бешеной блондинки с фарингитом на распродаже ее любимых сумочек, рваным движением пытается до меня достать.

Земля здесь неровная, поэтому чуть оступаюсь, но вовремя удается подставить клинок и рубануть по руке гуля, когда он пытается вырвать мне сердце.

Для них нет никакой разницы, живая я, мертвая, охотница или демон, они просто жаждут плоти.

Гуль проворен, движется с бешеной скоростью, хочу атаковать, но понимаю, что мне бы сейчас только уклониться. Пытаюсь рубануть – гуль уходит в сторону, осечка – рваным ранением он раздирает мне плечо.

Резко набираю скорость и падаю на землю, перекатываясь несколько раз, в паре сотен метров от монстров.

Первый гуль почти выпутался из хватки моего хлыста, опасно. Второй, что бился со мной, мотает головой в попытке меня отыскать. Я же пока поднимаюсь на ноги, зажимаю клинки, быстрым взглядом изучаю рану.

Три неприятные полосы тянуться от самого верха плеча до локтя. Саднят и кровоточат. Тело чувствует трупный яд, но справляется с ним. Правда придется подождать, когда рана затянется. Ничего, эта боль мне даже нравится.

Гуль находит меня и рвется вперед, контратакую, ухожу в сторону, успеваю полоснуть по его животу, выпуская кишки.

Все еще разъяренная блондинка с ларингитом, гуль падает на землю и пытается собрать все то, что вывалилось.

Интуиция – я ухожу в сторону, первый гуль, что выпутался наконец из свои пут уже атакует. Из него тоже вываливаются куски плоти, но он мало обращает на них внимания, рвется прокусить мне шею – хватаю его за голову с силой, протыкая большим пальцем глаз. Рваные движения его когтями – раны на ноге, под ребрами и спине.

Чертов гуль!

Резким рывком рублю гуля, он успевает отскочить в сторону, но второй клинок уже метит ему в голову – попадает. Гуль слегка покачнулся, пока я неслась на него, быстро нашел меня своим единственным оставшимся глазом и сделал в точности, что и я ранее: контратаковал.

Опасность – его острые, отравленные трупным ядом когти лишь слегка царапнули мне горло, но концентрация яда в моей крови в общей сложности уже превышала норму.