Няня для императора

Правда, чтобы смотреть на него, приходилось запрокидывать голову, настолько он был высок. Но при этом совсем не выглядел грузным. Даже наоборот. Привлекательным, хоть и будто выточенным из камня – настолько холодным и недосягаемым…

Вот о чём я только думаю?!

Мои щёки окрасились алым, когда случайно остановилась взглядом на его волевом подбородке и губах, уголок которых едва заметно дёрнулся, будто император собирался улыбнуться, но передумал. Испуганно я посмотрела ему в глаза, и они полыхнули лёгкой иронией в ответ на моё разглядывание.

Совсем одичала в своём замке, уже при всех не стесняюсь рассматривать гостей отца! И поделом мне, если накажут! Так мне и надо. Знать бы ещё, в чём причина столь пристального внимания к сегодняшней пище…

И несмотря на внутреннюю панику, я изобразила вежливую полуулыбку, надеясь смягчить предстоящее наказание. Правда, на императора это совсем не подействовало.

– Сможете назвать рецепт этих… скажем… блинчиков? – он смотрел пытливо и так, будто тот самый рецепт был важнейшим, что его сейчас интересовало.

Ну не любитель же он готовить блинчики, правда? И что ему могло не понравиться в них? Я лично пробовала перед тем, как подавать на стол. И с радостью отведала бы их прямо сейчас. Очень вкусно получилось.

Потому тихо, но уверенно всё же прошептала весь список ингредиентов, стараясь смотреть на его плечо, ведь в глаза было неловко и неприлично. Потому лишь уловила, а не увидела, как он удовлетворённо кивнул и повернулся к моему отцу.

– Ваше обещание всё ещё действительно?

На этот раз его голос прозвучал несколько настороженно и предупреждающе. Будто если отец откажет, то… Наверняка, тогда он не станет идти ему навстречу в вопросах торговли. А это очень плохо. За такое боюсь даже подумать, что сделает отец с виновницей. То есть со мной. Неужели блинчики всё испортили? Да и какое это было обещание?!

Что мог пообещать ему отец? И как это связано с рецептами? Не заставят же меня писать поваренную книгу со всеми сегодняшними блюдами для его кухарок?! Их же тут слишком много.

– Моё слово неизменно, – произнёс папенька твёрдо, но недовольно. – Я дарю Вам ту, что готовила сегодняшний ужин. Даже если это моя дочь.

Гости за столом ахнули. А я побледнела.