Луна для двоих

Под голодным взглядом я медленно сняла блузку, провела ладонями по своей груди, прикрытой полупрозрачным бельём, и немного расставив ноги, поманила его к себе.

Волк расстегнул ремень, спустил штаны и накинулся сразу, принимаясь облизывать мою шею и забывая об осторожности в конец. У него же «антидот»…

В этот момент я и вколола ему транквилизатор, который до этого лежал на тумбочке. Затем отнесла тело в ванную (точнее еле дотащила, крупноватый волк попался) и включила там воду. А сама накинула короткий халатик и отправилась к входной двери.

– Твой друг пошёл в ванную, но уговорил меня позвать тебя тоже.

Он оглядел меня головы до ног, остановившись сначала на них, а потом на сосках, натягивающих шелковую ткань.

– Ну ты долго думать будешь? Нет так нет, – пожала я плечами безразлично и уже закрывала дверь, как он закивал и ввалился внутрь, сдирая с меня халат.

– Я надеюсь, у вас там больше никого нет? Меня разве что на двоих хватит, – проворковала, поглаживая его по голове и едва сдерживаясь, чтобы не свернуть ему шею, потому что он принялся облизывать мою теперь уже обнажённую грудь.

– Нет, нас двое, – хрипло отозвался второй идиот и получил укол в шею.

А дальше… так быстро я ещё не одевалась. Схватив ключи от машины, вылетела на парковку и погнала обратно в центр, одновременно звонком предупреждая Эрдана о нападении. Мало ли, вдруг привели за собой кого-то.

Давая возможность барсам дальше самим прочищать территорию и разбираться с обоими оставшимися в моей квартире волками, на месте первым делом отправилась в дальнюю клетку отсека подопытных – проверить, не добрались ли они до того, кем можно меня шантажировать.

Что ж сегодня за день такой!

Он рванулся к решётке и принялся биться об неё с такой силой, что прогнул несколько прутьев. На звуки, несмотря на запрет, влетела охрана.

Продолжая крушить всё вокруг, он продолжал биться о металл, грозясь разбить себе голову. Что мне никак нельзя было допустить. Тем более в это неспокойное время.

– Выйти, – приказала твёрдо.

Пятеро ирбисов воззрились на меня с нескрываемым изумлением. Они же защищать меня прибежали. Ещё и только после нападения. Но при них я его не угомоню.