Гордая. (Не)пара для волка

На такое безропотное послушание и не рассчитывала, но зверь делал всё, что я говорю, а когда намыливала его, только тыкался в меня носом. Решив, что стесняться животное совсем уж глупо, осталась в одном нижнем белье. Вот только его внимательный взгляд всё же смутил. Будто волк понимал разницу между одетой девушкой и не очень. Но будь в его сознании Эмир, он бы меня и близко не подпустил, поэтому выкинула эти мысли из головы.

В процессе мытья выяснилось, что подушечки лап зверя стёрты, будто он очень долго шёл или скрёбся обо что-то.

– Бедный мой, – пожалела его, гладя по намыленной голове и распределяя пену по густой шерсти, – что же он совсем за тобой не следит.

Волк жалобно угукнул, вытягивая шею и позволяя мне себя мыть дальше. После того как в очередной раз смыла с него пену и промокнула полотенцем, он было собрался выпрыгнуть из душевого поддона, но я остановила.

– Это куда это ты, дорогой друг? Расчёсываться ещё. Посмотри на свою шерсть – ужас же.

Поймав мой укоризненный взгляд, волк грустно опустил голову, будто соглашаясь.

– Да ладно тебе, не расстраивайся, сейчас будешь у меня как с картинки.

Взяв свою же расчёску, принялась осторожно расчёсывать влажную ещё шерсть. И спустя каких-то полчаса передо мной стоял невероятно ухоженный серый волк огроменных размеров. Стоял и не двигался, ожидая дальнейших указаний.

Убедившись, что ранки на подушечках не глубокие и теперь промыты, разрешила зверю отправиться на постель.

– После тебя мне тоже было бы не плохо искупаться, иди, я скоро.

Но животное отказывалось уходить, а когда я попыталась его вытолкать, упёрлось лапами, разъезжающимися по кафелю.

– Ладно, оставайся, – вздохнула, – только отвернись тогда к двери.

Выполнив команду, волк продолжил сидеть, не сдвинувшись ни на миллиметр. Вот это упрямство, а. Зато моя волчица внутри прямо не знала куда себя деть, так хотелось ему понравиться. Глупышка. Ему просто больно наверно, а я единственная, кто может пожалеть. Вот и всё.

В итоге из ванной мы вышли вместе. Так же вместе легли на кровать. Волк первым делом уложил свою тяжёлую голову мне на колени и печально вздохнул.