Столичная академия магии. Принц для Фиалки

– А повежливее нельзя? Почему так поздно? Я тебе говорила приходить с запиской днём, в сад, так было бы менее заметно. Зачем на балкон влез? – быстро втаскивая пацана внутрь, посмотрела в темень, но ничего не увидела. – Я-то всё приготовила, а вот будет ли мне ответная любезность, о которой я просила?

– Да, всё готово, – он вынул из-за пазухи, желтоватый пергамент, свёрнутый в трубочку и небольшой мешок с деньгами. – Господа уверили, что сегодня в полночь вам будут ожидать в храме. Там вы сможете сделать то, к чему так стремитесь, – тон мальчишки давал понять, что он не согласен с моим решением.

– Так, это леди пьёт для чистоты кожи, – словно из воздуха в мои руки скаканул флакончик. – Это для приворота, – я неохотно отдавала флакон, не любила приворотные варить. – Так, вот это отворотное.

– Его нет в списке, – прошептал парнишка, пряча бутыльки по карманам.

– Тебя что, не могли снабдить сумкой? – проворчала я и продолжила. – От беременности, для беременности и последний. За него отвечаешь головой.

Я лукавила, именно вот эту склянку я не варила. Их у меня было две, достались в наследство от мамочки, ей от бабушки. Обе берегли, а я вот с помощью их пытаюсь изменить свою горькую судьбу. Даже если бы у меня не было на шее чёрной метки, пусть и чуть неправильной, потому что… Но об этом потом, сейчас главное спасти свою судьбу и изменить участь, – дрожащими руками я отдала последний флакончик с золотой жидкостью.

– Спасибо, госпожа, – прошептал слуга, пряча все под одеждой. – Если последний флакон окажется подлинным, то в полночь вам отплатят сполна.

Не успел парнишка испариться за стеклянной балконной дверью, как раздался стук.

– Леди Фиалка, вас господин Гард вниз зовёт, – тихо прошептала служанка, заглядывая в комнату.

Я усмехнулась:

– Конечно, зовёт, а как иначе. Я же тоже часть наследства. Опять будет меня сватать бедному на магию и разум богачу?

– Леди, тише, не стоит его злить.

– А вот локоны, Брассика, не трогай, – как же я опрометчиво поступила, что заранее не дорисовала кусочек ошейника, которого не доставало на моей шее уже лет десять. – Сегодня хочу распустить волосы. А может, еще успею дорисовать? Отошлю служанку…

– Фиалка! – раздался пьяный голос, поднимающего по лестнице, кузена.