Дыши со мной. В плену у зверя

Мне вообще можно забыть о чём-то большем.

Тут я сообразил, что она так и не ответила, даже не пошевелилась.

– Элисса, как ты? Что-то болит?

Дурацкий вопрос. Судя по её внешнему виду, болеть у неё должно всё. Легче перечислить то, что хотя бы теоретически может не болеть сейчас.

– Я думала, Вы умерли… – тихо сказала она.

– Почему не ушла тогда? – задал я, казалось бы, логичный вопрос.

Огромные глаза смотрели с мукой. Сразу видно, что хотела бы. Ещё как. И почему она тогда правда не сбежала? Ведь собиралась.

– Не смогла…

Ах да, нога. Я опустил взгляд с её лица ниже. Щиколотка уже сильно распухла. В лучшем случае вывих. А я только-только не размечтался, что не захотела оставлять меня. Дурак.

Что она пережила, пока сидела рядом, думая, что я мертв, и не имея возможности уйти? Ждала, пока замерзнет тоже? И даже не придвинулась ближе, чтобы согреться, хотя не могла не чувствовать мой жар.

Мысленно выругался. Голова ещё гудела, но тянуть было некуда.

– Давай я помогу тебе добраться до машины? Отнесу туда, ладно? И сразу же отпущу.

Но ответа не последовало. Вместо него я услышал робкий вопрос.

– Это Ваша кровь?

– Выходит, и моя тоже, – пожал плечами.

– И Вам больно?

– Нет, почти ничего не чувствую, – пусть это было уже не совсем так, но зачем ей сейчас моя честность.

Она кивнула. Моя маленькая. Захотелось обнять, зацеловать её порезанные ножки, руки, согреть в своих объятиях… Ой, как нескоро мне удастся это сделать. Но по крайней мере показалось, что вот прямо сейчас боится меня немного меньше.

Может, потому что подумала, что раз это моя кровь, то меня кто-то тоже бил, а не я? На самом деле это было вообще неважно. Если нужно, я готов притворяться хоть калекой, чтобы не вызывать у неё ужас своим присутствием.

Осознав, что всё это время она сидит на холодной земле, я решил ускорить принятие ею единственно-верного решения и присел рядом.

– Я подниму тебя и отнесу в машину, хорошо? Буду очень осторожен. Не бойся.

Протянул к ней ладони, и она сжалась, хотя и не препятствовала, не пыталась остановить.

– Элисса, ты же не можешь идти сама, правда? Мы здесь уже долго, тут холодно и темно. К тому же ты, наверное, голодная.