Небеса молчат, или Поцелуй Люцифера

Взгляд ястреба вонзился в Александра, когда Мара резко повернула к нему голову. Веревки на ее руках оборвались, а потом снова потянулись уже в направлении Саши. Он попытался схватить их и не дать себя оплести, но это ему не удалось. Поднявшись в воздух, Саша проплыл к близстоящему дереву и опустился на землю. Веревки привязали его к тополю.

Мара снова посмотрела на связанного парня. Тот был без сознания. Веревки стали срастаться между собой, из них выступили ветки с крошечными листьями, они потянулись к голове и облепили ее.

Александр заворожённо смотрел на эту страшную картину, даже не пытаясь себя освободить.

Ветки закрыли голову несчастного брюнета совсем. Мара кинула взгляд на Александра и снова повернулась к своей жертве. Веревки ослабли, упали, вьющиеся стебли вросли обратно, внутри никого не оказалось, юноша исчез.

Мара была абсолютно уверена, что подобная расправа приведет Александра в ужас, он не сможет ничего ей сделать под страхом подобного издевательства и над ним. Она смерила его взглядом, затем повернулась к мотку веревок, лежащих на земле и подошла к ним.

Мара повернулась к Александру спиной и пошла к своему подъезду. Видно, вспомнив про брюнета, привязанного к дереву, она небрежно махнула рукой, даже не оборачиваясь, и Саша освободился от пут. Он разрывался между чувствами, поглотивших его.

Но Мара уже давно скрылась из вида.

Глава 7

Дома пока никого еще не было. Пройдя длинный коридор, Мара вошла в свою комнату, кинула в угол сумку и повернулась к кровати. Ниоткуда взявшаяся женщина спокойно сидела на ней, устремив вампирический, острый, но красивый взгляд на вошедшую.

– Кто ты? – спросила немного испуганная Мара, отшатнувшись от неожиданной гостьи.

Женщина поправила свои черные длинные волосы и спросила:

– Тебе нравится?

– Что «нравится»?

– Чувствовать себя сильнее других.

Мара сощурила глаза и с подозрением стала подходить ближе.

– А причем тут ты?

– А ты не догадываешься? – как-то эхообразно спросила женщина и растворилась в воздухе.

Мара стала озираться по сторонам.

– Э-э-эт-то т-т-толь-ко н-н-на-ча-а-а-л-ло-о, – все так же эхообразно и отрывисто произнесла женщина.

– Кто ты?!

Плеча что-то коснулось – будто покалывание тупой иголкой. Другое плечо.