Легенда о Подкине Одноухом

Паз тяжело было смириться с тем, что сама она никогда не встанет во главе племени, пусть и родилась раньше Пода. Увы, такова была традиция: справедливо это или нет, но трон наследует старший сын.

Подкин нарочито громко зевнул.

– Куманичный рил. Как интересно. – Он забрал у сестры маленького Пика и пощекотал ему животик. Снизу долетали звуки шумного праздника, но у Подкина не было ни малейшего желания присоединяться к пирующим. – Сделай милость, подвинься, чтобы я сбежал вниз и тоже сплясал. Пусть все узнают, что я грациозен, как пудинг.

– Если не спустишься, у тебя будут неприятности, – пригрозила Паз. – Ты хоть понимаешь, что значит быть вождём? Никто не пойдёт за предводителем, который только и знает, что щекотать младшего брата, играть в игрушки и прятаться по углам.

Подкин надулся и щёлкнул на сестру ушами.

– Ты просто завидуешь, потому что считаешь, что из тебя вождь вышел бы лучше, чем из меня.

– Но ведь так и есть! И все со мной согласятся. – Паз начала загибать пальцы в подтверждение своих слов.

Подкин уже был готов броситься на сестру и хорошенько оттаскать её за уши, когда звучный рёв горна сотряс своды главной пещеры. Кролики кинулись к перилам галереи и уставились вниз. Солдаты хватали щиты и пики, детей разгоняли по укрытиям, а вождь Лопкин решительно направлялся ко входу в пещеру, крепко сжимая свой меч – большой серебряный клинок, который многие считали волшебным.

– Полночный кролик! Полночный кролик! – заверещал Пик, пытаясь вырваться из хватки Подкина.

– Это не Полночный кролик, – шикнул на него Подкин, мигом позабыв о ссоре с сестрой. – Беда пришла! А беда не оставляет подарки у порога.

В толпе внизу шелестели испуганные шепотки:

– Всадник… Скачет одинокий всадник…

А потом:

– Всадник в доспехах… Железных доспехах.

И вдруг шёпот перерос в крик:

– Пожиралы! Сюда идут Пожиралы!

Собравшихся на праздник кроликов охватила паника. Подкин видел, как отец призывает всех к порядку, но голос вождя тонул в испуганных воплях. Обитатели Манбери потеряли голову от ужаса, и сейчас больше, чем когда-либо, нуждались в предводителе. Лопкин набрал полную грудь воздуха и гаркнул:

– Тишина!

Кролики мгновенно застыли.