Сорок второе августа

Он поймал себя на мысли, что он и не хочет опять слушать её стрекотню. От того он вздохнул и поднялся с места.

Магдалина приподняла вопросительно бровь, а мужчина подал ей руку. Она, не задумываясь, приняла её, поднимаясь. Тогда он взял её пальто, помогая ей одеться.

– Я решил проверить свою теорию, что мне все позволено и уйти, оставив Вику одну.

Магдалина фыркнула, застегивая пальто.

– Лжец. Ты просто так очарован нашими разговорами, что не хочешь опять сидеть с Викой и слушать её рассказы.

– И что же мне теперь делать? Меня раскусили, – фыркнул мужчина, оставив на столе несколько купюр.

Магдалина взяла его под руку и они пошли на выход. Фонари уже зажглись, на этой улочки они были романтично-винтажными, от чего вся ситуация походила на момент с мелодрамы. Чем Богдан и поделился. Девушка, рассмеявшись, сказала, что если бы было так, то они должны были бы сейчас решить, что они любовь всей жизни друг у друга и жить долго и счастливо.

– Долго и счастливо, – фыркнул Богдан, – мы что в гребаной сказке? Нужно что-то поинтересней.

– А что хочешь, чтобы я выкидывала твои вещи с балкона и кричала, что ненавижу это?

– Звучит заманчиво, – Богдан открыл дверь машины, перед Магдалиной, прошел на место водителя и продолжил разговор, как ни в чем не бывало, – лучше не говори такое, а то я подумаю, что ты серьезно и уведу тебя у твоего муженька. А что? У меня не было ещё ни одной женщины, которая умела устраивать красивые сцены.

– Красивые, да? Значит, бежать за тобой не буду.

– Как куда? Ты хотела пойти с кем-то в театр. Вот я и жду, когда ты скажешь, в какой. Как я могу позволить остаться даме в одиночестве?

Считай, отдаю тебе долг. Ты не позволила мне заскучать на вставке, я не позволю тебе заскучать в одиночестве в театре. Только заедем за бутылочкой бренди. Пластиковые стаканчики, бокалы или предпочитаешь выпить с горла?

– В театре не красиво пить бренди с пластиковый стаканчиков. Так что предпочту выпить с бутылки.

Магдалина сказала в какой театр у неё билеты, откинувшись на спинку сидения. В машине пахло одеколоном Богдана и горечью сигарет. Но все же больше одеколоном. Чем-то крепким, мускусным, идеально подходящем этому мужчине.

Девушка слегка повернула голову, разглядывая Богдана.

У него были красивые руки, особенно ему шло держать руль. Запястья по-мужски крепкие, на левой руке два браслета с темных деревянных бусин.

– Мы не договорили насчет Шопенгауэра.