Стриптизёрша под прикрытием

Конечно, отец не уволит её за то, что она просто откроет свой маленький ротик. Это случится только в том случае, если в него потом попадёт мой член. Я смотрю на эту перепуганную пташку и с удовольствием представляю, как будут раздуваться её щёчки, когда я погружу в неё свой…

– Я, вот, на него уже двадцать семь лет работаю. И знаете, что?  – я перехожу на доверительный шёпот. От не на шутку разыгравшегося воображения в штанах становится тесно, и я гоню прочь навязчивые картинки. Потом. Всё потом. – Он до сих пор не знает, как меня уволить! – я наклоняюсь к ней ближе и говорю последние слова на ухо.

Проверяю отзывчивость. Её светлая кожа покрывается гурьбой мурашек. Она слегка вздрагивает и улыбается. Хорошо, контакт налажен.

Глава 8. Блейк

– А хотите, я сам вам кофе сделаю? – внезапно предлагаю я.

Лучший способ пробить броню – запутать противника. Заставить его отвлекаться на всякий вздор. Тогда противник, пытаясь понять, как же ему себя вести в нестандартной ситуации, поднимет забрало.

Идиотские частные школы и ненавистный университетский курс по ведению бизнеса всё же, чему-то меня да научил. Мне нет равных, когда дело касается агрессивных переговоров. Бизнес – это всегда война. В нём тебе никто не друг – ни клиенты, ни партнёры. Каждый сам за себя.

– Да что вы! Я всё сделаю! – девушка встаёт и быстро направляется в соседнее подсобное помещение. Боится, что её обвинят в неисполнении её прямых обязанностей? Сын босса сам готовит для себя кофе, пока она отдыхает.

– Да нет, мне несложно. Я же вижу, как вы заняты! – я уверенно иду впереди в то самое подсобное помещение, где пару месяцев назад откупорил бутылку шампанского после какой-то корпоративной вечеринки у отца вместе с его прошлой секретаршей. Как там её звали? Ханна, вроде? С ней было неинтересно. Она даже ради приличия не сопротивлялась, сама меня сюда затащила.

Я открываю дверь и захожу внутрь.

Я готовлю кофе и протягиваю кружку с горячим ароматным напитком ей. Сам смотрю на часы. Из отведённых мне Вейном двух часов прошло уже около десяти минут, а мы ещё даже не начали. Хмурюсь.

– Пейте, – говорю я тоном, не терпящим возражений.

– Я не хочу, спасибо, – она смущается. Это хорошо.