24 дня на любовь

Днём он уже одарил меня своим ненужным, таким странным, полным ненависти вниманием, ранившим в самое сердце. Что же на этот раз выкинет? Опозорит перед сотрудниками и гостями? Я бы не удивилась. Но очень надеюсь, что этого не случится, ведь с работы посреди смены мне не сбежать, и он это наверняка понимает.

С трудом улыбнулась и приблизилась к столу. В мягком, приглушенном свете Максим выглядел усталым, даже каким-то потерянным. Меня острой иглой кольнуло неожиданное беспокойство. Что это с ним? Но вот он заметил меня и иллюзия испарилась.

– Добрый вечер, – обратилась я к посетителю, левая бровь которого в этот момент взлетела, а выражение лица стало надменным.

Мои пальцы нервно подрагивали, и книга с меню громче положенного приземлилась на чёрную поверхность стола перед Максом. Я сделала вид, что ничего не произошло, и положила рядом карточку с действующими предложениями. Она приземлилась неслышно. И я тут же шагнула назад – старалась держать максимальную дистанцию.

– Добрый, – глухо отозвался нежеланный гость.

– Ещё кого-то ожидаете или будете один? – задала дежурный вопрос.

Руки Макса легли на стол, но к меню не притронулись. Как и днём, он вводил меня в ступор острым, пронизывающим взглядом внимательных черных глаз. Его мать вечно говорила, что он похож на отца, и от этого изводила мальчишку ещё больше, даже когда он был совсем ребёнком. Страшная женщина. Я до сих пор вспоминала её с отвращением. Злейшему врагу такой не пожелаешь. И пугала она своим безразличием. Как можно не заботиться о своем собственном ребенке и взваливать на него всё с ранних лет? Она была в разы хуже даже моей собственной матери, которая вышвырнула меня из дома в восемнадцать лет (я и сама собиралась уезжать, потому что поступила в институт в другом городе, но она процесс ускорила), заявив, что мне пора выйти замуж и самой строить свою жизнь.

– Я буду один, – ответил Макс.

– Уже сделали выбор? – спросила я, не переставая улыбаться.

Голос прозвучал напряжённо, натянуто. Замешательство сменилось досадой. Зачем он здесь? Ещё и сидит так, словно не он днём обвинял меня в продажности и прочей ерунде. Просто поразительно.

– Да, – спокойно произнес парень и озвучил заказ, продолжая смотреть на меня непонятным взглядом.

Я карандашом черкнула на чистой странице блокнота. Салат, паста, черный чай.