Искушенные

В нем было столько дикого и необузданного, что в помещении стало холодно. Все взрослые мужики, которые сейчас здесь находились, смотрели на эту хрупкую поломанную девочку и плакали.

– Сколько лет работаю, такую страшную картину вижу впервые. И, надеюсь, в последний раз. – сказал подошедший капитан. – Сынок, нужно вынести ее на воздух, сейчас подъедет скорая.

Я нес ее на руках прочь от этого дома. Как только мы вышли, сел на траву крепко держа ее согнутых руках и осторожно гладил по волосам.

– Все будет хорошо, малышка.

Мимо проводили ее похитителя и, если бы не девушка на моих руках, тут же бы сорвался и прибил его.

Тот повернул ко мне голову и смеясь произнес:

– А знаешь, как она звала тебя снова и снова? Как думала, что ты ее спасешь, пока не сдалась. А потом мы развлекались..

Договорить Макс ему не дал, а вскочил попутно опуская девушку на землю, отшвырнул от противника полицейских и начал избивать. Он бил снова и снова, никто даже не пытался влезть.

Лишь, когда завыла сирена, Макс понял, почему его не остановили. Полицейские погружали в машину Майю и отправляли в больницу.

Капитан посмотрел на него с грустью и покачал головой.

Я так увлекся местью, что забыл о любимой, когда ей так нужен. Надо было сидеть с ней и не отпускать ее, ехать с ней.

– Моя весенняя девочка, что же я наделал?! – прошептал я вслед удаляющийся машине.

Глава 2

Я проснулась. И этого было достаточно. Совсем не хотелось открывать глаза, зная что мой бывший только и ждет этого, чтобы начать новые пытки. Но тут я вспомнила последние события, как мать замахнулась на меня ножом и я закричала, послышались голоса наверху и она поспешила скрыться, а Артур спокойно оглянулся, вколол мне какое-то лекарство и начал расстегивать себе штаны. Когда вбежала полиция, меня уже полностью погрузило в сон и я не знала, что Артур успел сделать.

Любопытство взяло верх и я открыла глаза. Сразу удивил белый потолок и море света, от которого приходилось щурится. Справа пищала какая-то машина, а рядом с ней спал в кресле пожилой мужчина.

– Папа? – даже такое простое слово было трудно и больно сказать, горло сводило и сильно першило.

Мужчина резко проснулся и посмотрел на меня во все глаза.

– Дочка, ты очнулась.