Отбор. Элита. Единственная

Дома у меня есть одна знакомая, которая прямо из себя выходить начинает, если ей не удалось кого-то достать. Так что не волнуйся, – сказала она. – Главное – не подавать виду, что они действуют тебе на нервы.

– Они и не действуют.

– Я почти верю тебе, но не до конца. – Она негромко рассмеялась; в тихом коридоре этот теплый смех быстро затих. – Думаешь, утром мы с ним уже познакомимся? – перескочила на более важную для нее тему Марли.

– Нет, если честно, не верится.

Максон казался обитающим во дворце привидением: все о нем знали, но в лицо никто не видел.

– Что ж, желаю тебе удачи назавтра.

Ее слова прозвучали искренне.

– Марли, я желаю тебе еще большей удачи. Уверена, принц Максон будет более чем счастлив познакомиться с тобой. – В подкрепление своих слов я сжала ее руку.

Она улыбнулась робко и радостно и скрылась за дверью.

Когда я добралась до нашего закутка, дверь в комнату Бариель все еще была открыта, и я услышала, как она неразборчиво что-то говорила служанке. Затем захлопнула дверь перед самым моим носом.

Вот спасибо.

Мои служанки, разумеется, поджидали в спальне, чтобы помочь вымыться и раздеться. Ночная рубашка – нечто невесомое и прозрачное зеленого цвета – уже лежала на кровати. К счастью, никто не стал трогать мой рюкзак.

Действовали они умело и решительно. Процедура отхода ко сну была определенно отработана до автоматизма, но при этом девушки никуда не спешили. Наверное, все это было призвано расслабить меня, однако я с трудом удержалась, чтобы не отослать их прочь.

Не торопясь, они вымыли мне руки, расшнуровали платье и прикололи снятую с него серебряную брошку с именем к ночной рубашке. И все эти манипуляции, вызывавшие у меня острый приступ стеснительности, они сопровождали нескончаемыми вопросами. Я старалась отвечать так, чтобы не показаться невежливой.

Да, я наконец-то познакомилась со всеми остальными девушками. Нет, они оказались не слишком разговорчивы. Да, ужин фантастический. Нет, с принцем меня познакомят только завтра.

Да, я здорово устала.

– И мне очень помогло бы прийти в себя, если бы я какое-то время побыла в одиночестве, – добавила я, надеясь, что они поймут намек. Заметив разочарование на их лицах, я попыталась подсластить пилюлю: – Вы очень мне помогли. Просто я привыкла к тишине. А сегодня я только и делаю, что общаюсь.

– Но, леди Сингер, мы приставлены к вам для того, чтобы помогать. Это наша работа, – сказала главная из троих.

Кажется, это ее звали Энн.