Отбор. Элита. Единственная

 – Я провела пальцами по рыжим прядям, наслаждаясь мягкостью, которую они приобрели в руках профессионалов. – Мне это нравится. А еще меня намазали ванильным лосьоном, и теперь я пахну как десерт, – сообщила я и понюхала собственный локоть.

Женщина рассмеялась:

– Как это мило. И платье очень вам идет.

– Спасибо, – поблагодарила я, оглядывая новый наряд. – В обычной жизни я не слишком-то часто ношу платья, так что мне понадобится время, чтобы привыкнуть.

– Верно, – сказала интервьюерша. – Вы одна из трех Пятерок, попавших в Отбор.

Я задумалась в поисках подходящего слова, которое передало бы все переживания прошедшего дня. От разочарования на площади и восторга полета до приятельства с Марли.

– Это было удивительно.

– Полагаю, вам предстоит еще немало удивительных дней.

– Надеюсь, они, по крайней мере, будут не такими суматошными, как сегодняшний, – вздохнула я.

– Вы уже составили какое-то мнение о своих соперницах?

Я сглотнула:

– Все девушки очень милые.

За одним исключением.

– Хм. – Похоже, подтекст моих слов от нее не укрылся. – А что по поводу преображения? Вам не внушает опасений чей-нибудь новый образ?

Я обдумала этот вопрос. «Нет» прозвучало бы самоуверенно, «да» – жалобно.

– Стилистам отлично удалось подчеркнуть индивидуальность каждой девушки.

Она улыбнулась и сказала:

– Хорошо, достаточно.

– Это все?

– Нам нужно уместить все тридцать пять интервью в полтора часа, так что этого будет за глаза.

– Ладно.

Что ж, все не так плохо.

– Спасибо, что уделили нам время. Можете присесть вон на тот диван, к вам сейчас подойдут.

Я пересела на большой полукруглый диван в углу. На нем разместились две девушки и вполголоса переговаривались. Я принялась оглядываться по сторонам. В это время объявили, что на подходе последняя партия, и вокруг кабинок снова началась суета. Я так засмотрелась, что не сразу заметила, как рядом опустилась Марли.

– Марли! Ничего себе, какие у тебя теперь волосы!

– Ага.

Вид у нее был неподдельно встревоженный.

– Ну конечно! Разве есть на свете мужчина, который останется равнодушен к роскошной блондинке? – лукаво улыбнулась я.

– Америка, ты такая милая. Не зря ты понравилась всем тем людям в аэропорту.

– Ой, я просто пыталась быть приветливой. Ты тоже с ними разговаривала, – возразила я.

– Да, но и вполовину не столько, сколько ты.