Возвращение к практике. Том 2

Прошлась по деревне – тут уж оказалось интереснее…

– Вы, господин Анельт, – спросила я мимоходом, – зачем по округе столько «тревожек» понаставили?

– На всякий случай, госпожа Нарен, – ответил он серьезно. – Поскольку понять, что именно произошло на самом деле, не удалось, я посчитал – лучше быть готовым ко всему, поэтому…

– Поэтому теперь идите и снимайте ваши метки, – хмыкнула я.

Наверняка Анельт угрохал на установку этих заклинаний, дающих владельцу знать, если рядом покажется какой-либо магический объект, массу времени и сил.

– Но… – начал было он, но я не дала договорить:

– Снимайте, снимайте, я этим заниматься не буду. И не мешкайте особо, посмотрите, где вы их наставили? Если с вас потребуют компенсацию за то, что у коров молоко пропало, куры нестись перестали, а лошади взбесились, сами будете расхлебывать!

В самом деле, додуматься надо – около хлевов и конюшен метки поставить! А то и прямо на них… То ли Анельт не в курсе, как животные реагируют на магию, в особенности на такую ярко выраженную, как в его заклинаниях, то ли попросту махнул на это рукой.

– Нет здесь никакого злого колдовства, – сказала я старосте, наблюдавшему за нами с большим интересом. Анельт чуть поодаль занимался делом, можно было не опасаться, что подслушает, но я все же понизила голос: – Только, почтенный, скажите-ка мне, у кого вы снасти зачаровывали?

Тарус потупился, разглядывая свои руки.

– Ну уж не смущайтесь, – призвала я. – Я же вижу, ваши снасти зачарованы на то, чтобы привлекать рыбу! Кто это заклятие ставил, а? Вроде как ведьма, так?

Староста помолчал, потом шепнул мне:

– То одна старуха у нас делала… Рыба и правда лучше шла… Только померла та бабка давно! – добавил староста. – У кого такие снасти остались, те, ясно, их пуще ока берегут!

Я призадумалась: появилась у меня одна идея, довольно бредовая, но… на моей памяти и не такое случалось.

– А скажите, – попросила я, – у утонувших снасти были обычные или тоже… с довеском?

Тарус нахмурился, кожа на его лысом черепе собралась складками (из уважения ко мне он не надевал шапку; я, признаться, опасалась, как бы он не простыл, без растительности-то на голове).