Возвращение

 – Простите за беспокойство, к вам посыльный, говорит, очень срочно…

– Проси, – велела я.

Роняя с сапог комья грязного снега, вошел молодой парень, поклонился, молча протянул мне конверт.

Я узнала печать Ореса, быстро вскрыла послание, пробежала его глазами… Только присутствие Анельта удержало меня от того, чтобы длинно выругаться. Впрочем, это я могла сделать и про себя.

– Передайте, я скоро буду, – сказала я посыльному и, когда тот вышел, уставилась на Анельта.

– Не смею более злоупотреблять вашим вниманием, – правильно истолковал он выражение моего взгляда.

– Всего доброго, господин Анельт, – ответила я рассеянно, перечитывая письмо. За коллегой закрылась дверь, я выждала еще немного – желала, чтобы он убрался со двора, потом приказала седлать лошадь.

Послание было очень коротким. Видимо, на длинные письма у Ореса не было сил, и немудрено. Известие было таким: четыре дня назад в своем новом поместье повесился Ивэн Орес…

Глава 4

Ювелир

Я приехала к Оресу, лишь убедившись, что за мной нет слежки: с Анельта сталось бы… Раз уж он так загорелся желанием перенимать опыт работы!

Картину я застала вполне ожидаемую: потрясенный, разом постаревший арнай Орес, безутешно рыдающая Инайя, подавленные слуги – кое-кто тоже заплакан…

– Я знал, знал, что этот выигрыш его до добра не доведет, – твердил, как заведенный, старый Орес.

– Боюсь, нет, – коротко сказала я. – Арнай Орес, тело привезли?

– Да… – ответил он сдавленным голосом.

– Прекрасно, – кивнула я. – Пошлите кого-нибудь в сыскное управление, пускай пришлют господина Сорина. Только его, никого другого.

– Что? Сыскное?.. – встрепенулся Орес. – Но…

– Так надо, арнай Орес, – твердо сказала я. – Я хочу быть уверена, что смерть вашего сына не была насильственной.

– Вы что-то от меня скрываете, – утвердительно сказал Орес.

– Да, – ответила я. – Я могу поведать вам в общих чертах, Ивэну это уже не повредит. К тому же я обещала кое-что предпринять в случае его смерти.

Орес выслушал краткое изложение истории с убитой арнаем Лияном девушкой (разумеется, имен я не называла), не проронив ни звука.

– Бедный Ивэн… – только и сказал он, когда я закончила. – Мой бедный мальчик… Прошу вас, госпожа Нарен, не говорите об этом Инайе.