Возвращение

А любили они капитана Лауриня, вот только стать начальником отделения ему светило еще очень и очень не скоро, он и руководителем своего подразделения сделался слишком рано…

Лауринь отчитывался после меня, я позволила себе не покидать кабинет Олвера во время доклада капитана и могла констатировать, что руководство капитана не слишком-то привечает. Впрочем, немудрено: слишком молодой, слишком ретивый, слишком успешный… вдобавок пользующийся расположением Его Величества. Таких не жалуют нигде и никогда.

Мы покидали здание, где разместился штаб охранного отделения, вместе.

– Что, Лауринь, – негромко сказала я, когда мы выехали на одну из центральных улиц. – Делать карьеру – не самое приятное занятие?

– Совсем не приятное, – отозвался он.

– Тогда зачем стараетесь?

– Чем выше у меня звание, тем больше возможностей, – ответил Лауринь, помолчав. – Сейчас, например, я могу привлечь вас к расследованию по личной инициативе, не вымаливая санкции вышестоящих.

– Понимаю, – кивнула я. – Чем выше вы взберетесь, тем больше сможете сделать для страждущих граждан, так, что ли?

– Так, Флоссия. – Лауринь не смотрел на меня. – Вам, должно быть, смешно при мысли об этом.

– У меня специфическое чувство юмора, – подтвердила я. – Но, должна признаться, вашу позицию я уважаю.

Лауринь взглянул в мою сторону с нескрываемым удивлением, но сказать ничего не успел: дорогу нам перегородил какой-то невежа.

– Госпожа Нарен! – воскликнул он, и я едва подавила стон.

Анельт, чтоб ему провалиться! Откуда он тут взялся? Хотя… глупый вопрос. Центр города, разгар дня, почему бы ему тут и не оказаться… Не подстерегал же он меня, право слово!

– Как я рад вас видеть! – продолжил он, так и не убирая своего коня с дороги. У него под седлом оказался унылый до крайности серый мерин. – Я уже отчаялся вас разыскать!

– Меня не было в городе, – процедила я сквозь зубы.

– Это я узнал буквально вчера, – сообщил Анельт. – А до того я безуспешно пытался попасть к вам на прием, однако ваша служанка – весьма суровая особа! – не пускала меня за ворота, утверждая, будто вы принимаете только по предварительной договоренности. Но как же я мог договориться с вами о встрече, если вы пропали?

Я сочла за лучшее промолчать. Лауринь смотрел на Анельта неласково, его ординарец пялился на происходящее с большим любопытством.