Странники

 – За чем же дело стало?

– Проблема в том, юноша, – откашлялся голос, – что в тех горах обосновался отвратительный дракон! Который никоим образом не согласен уступать мне свои владения!

– Ты что, с драконом справиться не в состоянии? – удивился Марстен. – Серьезно?!

– С чего вы взяли? – обиженно спросил голос. – Вполне в состоянии. Но это потребует больших затрат сил. Таким образом, мне придется долго восстанавливаться, прежде чем приступить к переносу крепости на предназначенное ей место.

– Крепость же все равно еще не готова, – подал голос Марстен.

– В основном – готова, – отрезал голос. – Оставшееся можно доделать на месте. И потом, я сумею защитить ту площадку от посягательств до той поры, пока крепость не будет достроена, если, конечно, не израсходую силы понапрасну.

– Одним словом, мы нужны вам, чтобы расправиться с драконом? – спросил Дарвальд. У меня засосало под ложечкой. Насколько я понимала, драконы – это такие огромные огнедышащие ящеры со скверным чувством юмора и привычкой жрать всех подряд…

– Верно, юноша, – сказал голос.

– А что мы получим взамен? – влез корыстолюбивый Марстен. Как я поняла, о принципиальном согласии речь уже не шла, начинался торг.

– Свободу, юноша, – хихикнул голос. – Я дам вам спокойно уйти. Можете даже пошарить в драконьем логове, не возражаю.

– А если мы откажемся? – осведомился Дарвальд.

– Не стоит, право, – огорчился голос, и Дарвальд, начавший было вставать из кресла, вдруг рухнул обратно.

Мне показалось, что мирная мебель вдруг взбесилась и повела себя совершенно нехарактерным для кресла образом: подлокотники крепко прижали руки Дарвальда, ножки страстно обвились вокруг его щиколоток, а кисточка от бахромы на обивке заткнула рот, так что маг в считанные секунды лишился способности к передвижению и словоизвержению.

– А ну, отпусти его! – рявкнул Марстен. Наверно, он ожидал чего-то в этом роде, поэтому и не приближался к мебели. – По-хорошему говорю – отпусти!

Марстен выхватил из ножен свой меч, и я поежилась – сейчас полетят щепки!

– Вы дурно воспитаны юноша, я уже говорил, – брюзгливо сказал голос.