Старое платье королевы

 – В вашем личном деле отмечено, что вы недурно рисуете с натуры. Сможете изобразить то, что увидели?

– Не знаю… попробую, но…

– Держите. – Сильно наклонившись вперед, он передал мне твердую папку для бумаг и ручку-самописку, на которой я заметила королевский вензель. – Поосторожнее с нею. Это подарок его величества. Последний, должно быть, в его жизни.

– О… – только и смогла я произнести.

Королевская семья погибла совсем недавно, чуть больше года назад. В газетах писали, это была авария – локомотив сошел с рельсов.

Уцелела только младшая принцесса – великим чудом, как говорили! – и я боялась представить, какой груз ответственности ей, моей ровеснице, пришлось принять на плечи с коронацией… Но у нее был регент, были надежные советники, хватало родственников, в конце концов! Неужели они позволят ей совершить ошибку?

– Рисуйте, сударыня, – напомнил мне управляющий, и я неуверенно провела первую линию.

Пришлось испортить несколько листов, прежде чем я приноровилась к самописке – это все-таки не грифель и не уголь.

Наконец получилось что-то, отдаленно напоминающее отражение в окне, и я робко протянула рисунок управляющему.

– Вот даже как… – негромко произнес он, посмотрев на изображение. – Вы это только теперь увидели?

– Нет, – честно ответила я. – Еще в пансионе… Мне показалось, будто на вас маска, господин. Или даже костюм, набитый соломой: актеры в таких представляют сказочных зверей на осеннем празднике. Только они умеют управляться с лапами и хвостами, а вы как будто не привыкли, и…

– Достаточно, – остановил он, и я испуганно умолкла.

 – Что ж… Кажется, мне наконец-то улыбнулась удача, и эта поездка не была напрасной.

Привстав, он стукнул в переднюю стенку кареты, и меня вжало в спинку сиденья: казалось, кони помчались еще быстрее, чем прежде, хотя я не представляла, как это возможно.

– Держитесь, – сказал управляющий, вернувшись на место и сложив столик. – Сейчас будет трясти.

Вовремя он предупредил: я едва успела схватиться за сиденье и ручку на двери: мы словно выехали с ровной мостовой на бездорожье со сплошными ухабами.

Подбрасывало так, что несколько раз я едва не ударилась головой о стенку кареты, а потом, когда она заложила особенно крутой поворот, меня бросило вперед с такой силой, что, наверно, я расшиблась бы, если бы не управляющий.

– Посидите-ка лучше рядом со мной, – сказал он, перехватив меня точным движением. Сам он за все это время с места не сдвинулся, будто тряска была ему привычна.