С феями шутки плохи

Вы, поди, всухомятку перебиваетесь? Хоть суп вам сварю на пару дней…

– Да брось ты, готовить! Зачем? – пожал он плечами. – Обойдусь, не возись! Присядь лучше, потолкуем… Скажи, что за суета такая? Все будто с ума посходили! Говорят, королевский указ читали, да я на ухо туг, не разобрал ничего…

– О! – сказала я. – Во дворце будет бал, вот и всполошились. Ведь всех девиц зовут, хоть прачку, хоть принцессу. То-то будет потеха, а, дядюшка?

– И тебе бы на нее тоже взглянуть хотелось, а? – лукаво прищурился он.

 – Ну-ка, сознавайся!

– Конечно, хотелось бы, – не стала я отрицать. – Я и платье почти дошила. Перешила, вернее, из маминого, уж для служанки сойдет! Только обуви нет, дядюшка Уолдо. Простую-то я могу купить, скажу, мол, вовсе прохудились туфли, не в деревянных же башмаках ходить и перед соседями позориться! Но если бальные своего размера закажу, тетушка мигом прознает! Выручи, а? Я заплачу по чести!

– По чести – я тебе и даром сделаю, – проворчал Уолдо. – На твою ножку ни один мастер кроить не возьмется, а я хоть и стар, да руки ремесло помнят… А ну-ка, давай ногу.

Давай-давай… Ну, точно как я помню, – обрадовался старик, приложив ладонь к моей ступне. – Ставь сюда… Какие туфельки-то делать?

– Черные, дядюшка Уолдо, – улыбнулась я, обуваясь. – Ты же сам знаешь.

– Сделаю, – ухмыльнулся он из-под седых усов. – Принцессы позавидуют!

– А на материал деньги все же возьми, – серьезно сказала я. – Выбирай самый лучший. И подметки делай покрепче, чтобы не стерлись!

– Ох, задумала ты что-то, Маргрит, – погрозил он мне узловатым пальцем, но монеты принял.

 – То-то я думаю, как все вздорожало… Точно, перед праздником. Все, иди, я думать буду… и пойду пройдусь, посмотрю, что у благородных нынче в моде.

– Дядюшка, не надо того, что в моде, сделай так, чтобы удобно, – попросила я, – и сносу не было. Чтобы сами плясали, как ты говоришь!

– А, ну это я могу, – приосанился старик. – Но фасончики все же посмотреть схожу, да… Какой нынче каблучок носят, может, еще какие хитрости подгляжу…

Поняв, что он увлекся, я потихоньку удалилась.

На дядюшку Уолдо можно положиться, это я знала твердо и вовсе не удивилась, когда через несколько дней меня поймал у колодца соседский мальчишка и передал, что тот просил прийти.

– Вот, – гордо сказал старик, когда я вошла в его мастерскую. – Любуйся! У самой королевы таких нет!

– У нас нет королевы, – напомнила я. – Король вдовеет.

– Ни у какой нет, – выкрутился он.